Поездка в Выборг

Утром в воскресенье 8 июля один из депутатов-кадетов, по фамилии Крым, идет в Таврический дворец — он накануне забыл там свой портфель. И обнаруживает, что здание оцеплено военными. На воротах висит плакат с царским приказом о роспуске Думы. «Вот и хорошо, Думу разогнали, теперь нам дадут учредительное собрание», — говорит прохожий, с виду рабочий, стоящий рядом с Крымом и тоже читающий это объявление.

Милюков уже знает об этом — ранним утром передают сообщение из типографии, где уже печатается манифест. Он садится на велосипед и начинает объезжать дома членов ЦК, созывая всех немедленно собраться дома у Петрункевича. Главный юрист партии, Федор Кокошкин, убеждает кадетов, что манифест противоречит Основным законам империи — потому что в нем не указана дата новых выборов. Возбужденные лидеры либеральной партии просят Милюкова написать воззвание к народу с призывом бойкотировать правительство, то есть не платить налогов и отказаться от службы в армии. И решают, что нужно срочно собрать всех членов Думы — желательно за пределами города, чтобы их не арестовали.

Убеждать товарищей по партии отправляют Струве. Он бежит в «кадетский клуб», где они обычно собираются, встает на стул посреди зала и произносит речь. Он говорит, что всем депутатам надо ехать в Выборг, небольшой город в Финляндии в часе езды от столицы, где они смогут спокойно обсудить, что делать. Депутаты против — они говорят, что отъезд из столицы — это бегство, дезертирство, подчинение приказу о роспуске. «Если Дума останется в Петербурге, начнется кровопролитие, — пытается перекричать всех Струве. — Будет дезорганизация…»

Спустя несколько часов на Финляндском вокзале собираются толпы людей — начинается массовый отъезд в Выборг, едут не только депутаты, но и журналисты, друзья, родственники и сочувствующие.

Всю дорогу до Выборга обсуждают, что же теперь будет. Одни считают, что немедленно вспыхнет революция. Другие уверены, что случится реставрация прежних порядков — политика в стране опять закончится, самодержавие восстановится в прежнем объеме. Смысл поездки в Выборг многим неясен. Тем не менее она оказывается сюрпризом для Столыпина. У полиции есть инструкции на случай, если депутаты попытаются незаконно собраться: их надо задержать и отправить по домам, то есть выслать из Петербурга туда, где они избраны. Но что делать с самовольным массовым отъездом — полиция не знает.

Уже вечером депутаты собираются в гостинице «Бельведер», поначалу председательствует Петрункевич, потом приезжает Муромцев. Как вспоминают участники, он заходит не своей обычной, величественной походкой, а тихо пробирается вдоль стенки, пытаясь остаться незамеченным. Но его замечают, устраивают ему овацию, кричат: «Муромцеву слово!». Но он не может говорить, едва не плачет. Пожилой профессор-правовед в душе категорически против любого нарушения закона, в том числе и призывов к гражданскому неповиновению. Однако не может подвести депутатов, избравших его, поэтому присоединяется к протесту.

Два дня депутаты обсуждают свое воззвание, ссорятся, обвиняют друг друга в мягкости или, наоборот, в излишней революционности — но в итоге подписывают единый текст. Обсуждение прерывается по требованию выборгского губернатора.

Когда депутаты уезжают из Выборга, на вокзале их провожает толпа. На каждой станции тоже стоят люди, приветствуют депутатов — а те бросают им в окна листки с воззванием. Приехав в Петроград, члены Думы с удивлением обнаруживают, что их никто не собирается арестовывать. Столица абсолютно спокойна.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.