Глава 14. Великая сила

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава 14. Великая сила

В кульминационный момент фильма «Звездные войны» Люк Скайуокер направляет свой космолет в запутанный лабиринт туннелей и проходов, пронизывающих Звезду Смерти, как улей. Перед Люком стоит невыполнимая задача: пролетая с головокружительной скоростью через узкие туннели, он должен сбросить бомбу в крохотную скважину, ведущую прямо к сердцу Звезды Смерти. Прицелиться нужно безошибочно — ведь он может сделать только одну попытку. В ожидании критического момента Люк лихорадочно хватается то за сканер, то за прибор наведения.

И вдруг, словно из небытия, раздается потусторонний голос его старого наставника — рыцаря Джедай Оби-ван Кеноби. «Примени Великую Силу», — говорит Оби-ван.

Люк так и делает. Невзирая на возражения командира, он последовательно отключает все сложные приборы, успокаивается, расслабляется и позволяет Великой Силе действовать самой. Бомба падает точно в цель — Звезда Смерти взорвана, Галактика спасена от страшной тирании.

Прислушайтесь к себе

Великая Сила — это не плод воображения постановщика фильма Джорджа Лукаса. Это реальный фактор. Мастера военного дела даже используют специальный термин для обозначения странной тактики Люка Скайуокера. Они бы сказали, что для бомбометания Люк использовал «К-контроль».

Ракета «Стингер» является одним из самый «умных» представителей современного «интеллектуального» арсенала оружия. Она выпускается прямо с плеча и наводится на цель с помощью инфракрасного сканера. Распознав цель, «Стингер» способна догнать и поразить даже реактивный истребитель.

И все же, несмотря на все биты, байты и микрочипы «Стингера», результат выстрела в значительной мере зависит от интуиции оператора наведения. Опытные стрелки говорят, что, прицелившись и услышав сигнал, что цель воспринята, они, прежде чем спустить курок, часто останавливаются и прислушиваются к себе: есть ли ощущение, что все правильно? На собственном боевом опыте они убедились, что, когда есть внутренние сомнения, обязательно промахнешься, зато уж если ты уверен, что все безошибочно, то наверняка поразишь цель.

Военные специалисты называют эту процедуру «К-контролем», или кинестетическим контролем. Никто толком не знает, как и почему он работает. Каким-то непостижимым образом ум, глаз и все тело бессознательно объединяются с оружием для самого точного определения траектории. Поиск оптимального пути включает учет таких факторов, как размеры и конфигурация цели, скорость ее движения, скорость самого снаряда, выбор момента пуска, определение угла атаки и даже представляемая в мельчайших деталях картина поражения цели. Любая попытка сознательно просчитать задачу с таким количеством переменных была бы не под силу даже Эйнштейну. И тем не менее рядовые солдаты легко справляются с этим и в самых трудных боевых условиях. Такова мощь Великой Силы.

Так что же такое Великая Сила? Ответ прост — мощь подсознания. В конце концов, никакой сознательный расчет не может соперничать с К-контролем. И все же это только половина правды.

Ни Люк Скайуокер, ни солдат не смогут поразить цель, положившись только на интуицию. Нужно потратить много дней, чтобы овладеть любым оружием, прежде чем позволить себе роскошь небрежного мастерства. Многим наверняка знакомы моменты рассеянного мечтания за рулем, когда вдруг неожиданно понимаешь, что уже приехал на место. Такая задумчивость представляет серьезную угрозу жизни, если за ней не стоит опыт и великолепная водительская подготовка. Только в этом случае Великая Сила благополучно доводит нас до «цели».

Великая Сила — это волшебная свобода, приходящая с виртуозным овладением основами мастерства и техническими навыками. Это мощь, которая высвобождается, если левое и правое полушария работают в совершенной гармонии.

В начале было слово

Согласно Библии, Вселенная начала отсчет своего существования, когда Бог произнес слова: «земля», «вода», «небо», «свет» и так далее. Древние египтяне, в свою очередь, считали, что Вселенная возникла буквально сразу же после речи Бога Пта — его «гекау», то есть слов власти.

«И в самом деле, — утверждается в египетском тексте, возраст которого не менее 4000 лет, — каждое слово Бога, мысленно пройдя через его сердце и воплотясь в слова, оживало».

Подобные истории о сотворении мира являются выразительными метафорами силы левого полушария мозга, ответственного за вербальное воплощение мыслей. Когда мы называем какую-либо вещь словом, то она становится более реальной. Именно слова вносят ясность и порядок в расплывчатые и непонятные представления.

Слова и картины

В своем знаменитом эксперименте русский психолингвист Лев Выготский предложил маленьким детям нарисовать крылья бабочек. Те дети, в лексиконе которых уже имелись слова для обозначения таких понятий, как «точка», «линия», «треугольник» и прочих простейших геометрических фигур, без затруднений довольно точно изобразили крылья по памяти. Те же, кому недоставало знаний, не смогли даже просто срисовать их с картинки.

Затем Выготский отобрал половину детей из тех, что не справились с заданием, и объяснил им необходимые термины. Остальные так и остались в неведении. Когда Выготский повторил опыт, то «просвещенные» дети нарисовали крылья так же хорошо, как и те, кто справился с заданием с первого раза. Дети, которые так и не узнали новых слов, выполнили задание не лучше прежнего.

Мы можем наблюдать подобный эффект при использовании методики просмотра образов, когда наше словесное описание фактически порождает мысленные образы и делает их все более живыми и ощутимыми. Слова буквально рисуют бытие Вселенной в границах нашего сознания.

Двуногое сознание

До настоящего момента мы рассматривали левое полушарие мозга почти как противника, как глушитель, который нужно выключить или перехитрить. Но гений, не способный перевести свое открытие на язык слов (или математических формул), не может по-настоящему творить. Гениальность бесполезна, если она необъяснима.

Можно представить себе сознание как двуногое существо, напоминающее человека. Творческое правое полушарие и рассудочное левое представляют как бы две ноги — если они не будут действовать согласованно, то у воображаемого существа мало шансов куда-либо существенно продвинуться. Но в то же время обе ноги не могут переступать одновременно: пока одна выдвигается вперед, вторая стоит на месте и ждет своей очереди.

Алекс Осборн, изобретатель метода мозговой атаки, предпочел сравнить процесс мышления с вождением автомобиля. «Мы никуда не уедем, если будем без конца давить на тормоза, — говорил он. — И одно только умение газовать ничего не принесет! Для того чтобы куда-то двигаться, нужно постоянно балансировать между творчеством и анализом, между левым и правым полушариями мозга».

Прорыв через «бутылочное горлышко»

Многие читатели, начав изучать эту книгу, наверняка были похожи на людей, которые передвигаются осторожными, маленькими шажками. Если вы прилежно выполняли рекомендованные в нашей книге упражнения, то, скорее всего, сейчас шагаете уверенней и шире — но только правой ногой! Пока вы не научитесь ходить так обеими ногами, вы не сможете действительно продвинуться вперед.

Экономист ХVIII века Дэвид Рикардо выразил этот принцип в своем знаменитом Законе переменной пропорции, который более известен под названием Закона сокращающихся доходов. Он утверждает, что чем больше вкладывается средств в рост производства продукции, тем меньше будет отдача. Так происходит потому, что наши усилия в этом случае, как правило, являются односторонними. Например, увеличив вдвое численность работников на фабрике, но не заменив устаревший узел машины, через который должны проходить все собранные ими детали, в результате можно получить лишь гору заготовок, громоздящихся до потолка. Пролезть через это «бутылочное горлышко», наняв еще больше людей, невозможно. Придется менять технику.

Это и есть принцип бутылочного горлышка — суть закона Рикардо: если прогресс в одной области создает узкое место в другой, то единственный способ преодолеть его — внести соответствующие усовершенствования. Аналогично занятия просмотром потока образов и вызываемое ими стимулирование деятельности правого полушария мозга помогут вам добраться только до ближайшего узкого места. Для того чтобы достигнуть уровня настоящего гения, нужно в определенной степени усовершенствовать и навыки левого полушария.

Читать, писать, считать

К сожалению, в школе мы в большинстве своем научились успешно подавлять всякую любовь к словам и числам. В результате многие взрослые американцы не совсем в ладах с чтением, письмом и счетом. Сам по себе метод просмотра образов не поможет «пролезть через узкое бутылочное горлышко». Нужно обязательно использовать левое полушарие мозга.

Мария Монтессори, о которой говорилось в главе 4, обратила внимание на необычайно серьезное и по-взрослому сосредоточенное отношение детей к игре, способное вызвать зависть у любого ученого. Непревзойденными мастерами чтения, счета и письма, как правило, становятся юные создания, воспринимающие занятия как игру (подобно Эйнштейну в молодости).

Веселая наука

У Эйнштейна был любимый дядя по имени Якоб, который в детстве учил его математике. «Алгебра — веселая наука, — говорил Якоб. — Мы пойдем на охоту за неизвестным зверем и потому назовем его Х. А когда мы выследим свою жертву и схватим ее, то дадим ей имя».

Слова дяди Якоба запомнились Эйнштейну на всю жизнь. Они вобрали в себя все его отношение к математическим и прочим научным задачам, всегда казавшимся ему скорее головоломками, чем тяжелой работой. И потому Эйнштейн относился к своим занятиям математикой с той сосредоточенностью, с которой дети относятся к игре.

После того как Эйнштейн в возрасте шестнадцати лет представил себе оседланный луч света, ему понадобилось почти десять лет на изучение физики и на размышления о стремительном световом потоке. Причина поразительного терпения в преследовании одного и того же «зверя» на протяжении целых десяти лет заключалась в том, что сама «игра» была не менее занимательна, чем найденное решение.

«Быть на гребне волны»

Психолог Михали Шикшентмихали задался вопросом, почему в мире так много несчастных людей. Почему, несмотря на весь комфорт, роскошь и огромные возможности современного мира, «люди продолжают чувствовать, что их жизнь проходит впустую и вместо памяти о наполненных счастьем днях прожитые годы оставляют только скуку и тревогу?»

Шикшентмихали решил непременно найти ответ. За двадцать пять лет он опросил сотни людей во всем мире, самых разных профессий и судеб — артистов, спортсменов, шахматистов, дворников, с просьбой описать самые счастливые мгновения жизни и вспомнить, что привело их к этим минутам. С удивительным единодушием все повторяли примерно одно и то же.

«Лучшие минуты наступают тогда, — пишет Шикшентмихали в своей книге „Психология оптимального опыта“, — когда тело и дух человека неимоверно напряжены в сознательном усилии добиться чего-то сложного и трудного, но несомненно стоящего затраченных усилий… Ощущение счастья далеко не всегда приходит в тот же момент. Во время рекордного заплыва мускулы пловца мучительно ноют; легкие, кажется, готовы лопнуть; он дрожит на пределе возможностей — но потом будет вспоминать эти минуты как ярчайшее событие своей жизни».

Шикшентмихали именует подобное экстремальное состояние «быть на гребне волны», что ближе всего передает нам райское наслаждение. Шикшентмихали полагает, что оно наступает, когда мы полностью поглощены не слишком легкой, но и не слишком сложной для нас деятельностью. Если все очень просто, то быстро наступает скука, если непосильно — раздражение. Но при оптимальном соотношении вскоре приходит то состояние необременительной сосредоточенности, которое Мария Монтессори наблюдала у детей в игре.

Как удержаться на гребне

Ученые обнаружили, что удовольствие — основная составляющая силы мышления. Чем большее удовольствие доставляют нам умственные упражнения, тем сильнее эффект. Согласно Шикшентмихали, наш разум становится тем изощреннее, чем больше времени мы проводим «на гребне волны» (рис. 14.1).

Рис. 14.1. Чем дольше вы остаетесь на гребне волны — то есть в состоянии приятной сосредоточенности, — тем совершеннее будут ваши способности. Представим, что диаграмма иллюстрирует случай с Алексом — мальчиком, который учился играть в теннис. Когда он делал только первые шаги (A1), то перебрасывание мяча через сетку было трудным, но увлекательным для него занятием. Но вот мастерство Алекса выросло, и ему уже скучно просто бросать мяч (A2). Чтобы вернуться на гребень волны, задачу необходимо усложнить, предложив игру против сильного игрока. Сначала противник настолько силен, что Алекс пропускает все мячи. Он раздражается, и ему перестает нравиться игра (A3). Остаться на гребне можно лишь продолжая тренироваться, стремясь достичь уровня противника (A4).

Радиотехники оценивают чистоту передачи сигнала отношением уровня сигнала к уровню шумов. Все очень просто: если сигнал намного сильнее шума, то он слышен отчетливо, если сигнал слишком слаб по сравнению с шумом, то слышен в основном фон (рис. 14.2).

Рис. 14.2. При низком отношении уровня сигнала к уровню шума сигнал теряется на фоне шума (а). При высоком отношении «сигнал — шум» сигнал воспринимается отчетливо (б).

Когда человек находится на гребне волны, интенсивность его мышления усиливается, отношение уровня сигнала к уровню шума при этом увеличивается. Если мы пытаемся выполнить слишком трудное для нас задание, то обычно испытываем стыд, неуверенность и даже страх. Эти чувства создают постоянный обессиливающий фоновый шум, отвлекающий от работы. И точно так же, когда работа слишком примитивна, то разум вынужден бороться со скукой — и снова рабочий сигнал тонет в болоте шума.

Кроме всего прочего, люди, подхваченные волной, испытывают то состояние увлеченности, когда время останавливается, тревога уходит и кажется, что вокруг не существует ничего, кроме любимого дела. Все 126 бит сознательного внимания заняты. Ни одна негативная или отвлекающая мысль не может просочиться в сознание. В такие минуты мышление становится сфокусированным, как луч лазера.

Настольная лампа — некогерентный источник света. Поток ее излучения очень слаб и не влияет на окружающий мир. Но если упорядочить его, привести все волны к одной частоте и выровнять их по фазе, то «ах!» — это будет уже луч лазера (рис. 14.3). Когерентный свет намного мощнее обычного. Он может все: заживить микроскопическую рану на роговице глаза или разрушить вражеский спутник. Сила лазерного луча в его упорядоченности и фокусировке.

Рис. 14.3. Обыкновенный свет (сверху) некогерентен Волны случайны и не синфазны Луч лазера (внизу) когерентен. Фазы всех волн согласованы Ученые установили, что «мозговые» волны тоже способны приходить в состояние лазерной когерентности, особенно когда мы переживаем моменты творческих озарений

Разум тоже обретает могучую силу, если он упорядочен и сосредоточен. Люди в состоянии на гребне волны работают с такой скоростью и выносливостью и демонстрируют такие невероятные таланты, что временами их способности кажутся сверхчеловеческими. Именно будучи на гребне, Моцарт создавал шедевры за одну ночь, Бейб Рут забил шестидесятый гол в бейсбольном сезоне 1927 года, скалолазы штурмовали стену Эль Капитан в Йосемитском национальном парке, хирурги проводили «марафонские» операции. Но они осознавали свои высочайшие достижения, только когда все уже было позади. Это состояние сверхпродуктивности мы в своем «Проекте возрождения» называем творческим горением.

Удовлетворение от обратной связи

Конечно, пребывание на гребне не всегда сопровождается столь драматичными событиями. Чаще мы даже не осознаем, что находимся на вершине. Это может случиться, когда вы увлеченно играете в теннис или прогуливаетесь по улице и восхищаетесь красивыми четкими бликами солнечного света на зданиях, забывая обо всех своих проблемах. Вы испытываете такие чувства, просто играя со своими детьми или наслаждаясь свободной минутой с супругом или супругой.

Фактически любое активное действие, которое полностью использует ваши 126 бит сознательного внимания, может привести вас на гребень. Но если каждую минуту вы ощущаете шум, проникающий в мозг в виде тревоги, волнения, возмущения, неуверенности и т. п., то знайте, что бы вы ни делали, данное занятие для вас либо слишком простое, либо слишком сложное. Задействуй ваши усилия действительно все 126 бит — отвлекающий шум был бы полностью блокирован.

Диаграмма на рис. 14.4 была разработана редакторами журнала Success, который часто пропагандирует идеи доктора Шикшентмихали. Она демонстрирует надежный и проверенный путь для достижения и поддержки высокого уровня состояния на гребне волны.

Рис. 14.4. Шесть этапов формируют путь к высокому уровню продуктивности.[7]

В соответствии с учением доктора Шикшентмихали обратная связь более чем любой другой фактор привносит элементы игры в работу и обучение.

Любая хорошая игра всегда содержит в себе хоть какую-то систему подсчета очков. Это способ обратной связи с играющими, позволяющий постоянно оценивать, насколько успешны усилия того или иного игрока. Мы гораздо более активны у баскетбольной корзины, если можем следить на табло за соотношением попаданий и промахов. Напряженная работа на спортивном тренажере пойдет намного веселее, если перед глазами цифровой датчик, сообщающий каждую секунду, сколько калорий мы «сожгли» и на какой этаж поднялись.

Овладейте мастерством

Математика из всех наук наименее склонна к компромиссу. Или вы знаете материал в совершенстве, или вы не знаете его вообще. По этой причине занятия математикой доставляют нам больше всего хлопот.

Удивительно, что даже такое внушающее страх препятствие легко преодолевается, если применить принцип работы на гребне волны. К примеру, система обучения, разработанная японским педагогом Тору Кумоном, для многих студентов превратила математику из испытания в восхитительную игру — как в США, так и в Японии.

Под руководством Кумона студенты выполняют порядка 4400 письменных работ, начиная с основ арифметики. Занятие длится обычно от 15 до 30 минут, и в ожидании сигнала гонга каждый, не разбрасываясь, посвящает их только одной задаче, стремясь получить более высокую оценку. Вместо того чтобы корпеть над новыми головоломками, все стараются побить свой предыдущий рекорд быстроты решения задач известного типа.

Благодаря программе Кумона студенты постоянно пребывают на гребне. Они вырабатывают скорость и упорство в работе, но делают это в собственном темпе — согласно своим способностям.

Обычно студенты, изучая курс математики, чтобы не отстать от товарищей, не освоив до конца одной темы вынуждены переходить к следующей. Такая ситуация напоминает строительство сооружения на неустойчивом фундаменте. Чем выше требования к студенту, тем более беспокойным он становится, а его жизнь с каждым днем все больше напоминает многоэтажное шаткое здание.

Механизм обратной связи постепенно рушится. Преобладает тревожное состояние. Оказаться на гребне волны становится невозможным.

Студенты, обучающиеся математике по методу Кумона, напротив, никогда не приступают к решению задач по следующей теме, пока не научатся быстро и в совершенстве решать задачи предыдущей. Они подходят к каждому новому уроку почти с прокурорской уверенностью, что свидетельствует о настоящем мастерстве.

Любите сам процесс

Во время работы над «Фантазией» Уолт Дисней обратился к своим мультипликаторам со словами: «Это не просто мультфильмы — это целый мир, который нужно завоевать». Мультипликация для Диснея была больше, чем просто сфера шоу-бизнеса. Он верил, что удивительная страна движущихся картинок когда-нибудь расширит выражение человеческих чувств настолько, что мы сможем по собственному желанию воплощать свои самые невероятные идеи. «То, что я вижу впереди, слишком туманно, чтобы его описывать, — сказал как-то Дисней о будущем индустрии развлечений, — но выглядит это как нечто огромное и сверкающее».

Сегодня предвидение Диснея уже воплощается при помощи специальных эффектов, основанных на использовании цифровых устройств. Эти технические достижения появились только через тридцать лет после его слов — и, к сожалению, он не застал их. Подобно Моисею, Дисней провел свою жизнь в пути к Земле Обетованной, которую ему так и не довелось увидеть. Но стоит ли его жалеть? По мнению самого Диснея, нет. Пока он был жив, он с неповторимым изяществом принимал все правила «смертельной игры».

Дисней говорил: «Мы, последние из первопроходцев, кто не доживет до того момента, когда можно будет увидеть реализованным будущее, о котором мы мечтаем. Наше счастье — в работе по созданию фундамента этого будущего». Как и у других гениев, для Диснея главное удовольствие заключалось в самом процессе работы. Выдающиеся результаты обеспечивались в основном кропотливым трудом, который он так любил.

Небольшое преимущество

Джефф Олсон, президент People’s Network (TPN) (это быстро растущая сеть спутникового телевидения, специализирующаяся на программах по самоусовершенствованию), основанной в Ирвинге, штат Техас, в журнале «Success» так описывает одну, на его взгляд, наиважнейшую составляющую успеха, которую он называет небольшим преимуществом:

«У победителей есть только одно преимущество перед другими. Очень небольшое. Отличие успеха от неудачи часто заключено в повседневных простых действиях, которые так же легко выполнить, как и не выполнить… Это-то преимущество всегда и срабатывает — или за тебя, или против тебя».

«Через какое-то время, — замечает Олсон, — наши незаметные повседневные привычки приводят к гигантским достижениям или… гигантским провалам». Он уподобляет этот процесс распусканию цветков гиацинта, число которых ежедневно удваивается. Через пятнадцать дней в водоеме будет дрейфовать, правда, крохотный, но уже куст гиацинтов. На двадцать девятый день уже половина пруда будет покрыта цветами.

«А на тридцатый день, — восклицает Олсон, — пруд превратится в один огромный гиацинт!».

Небольшое преимущество Эйнштейна

Не сумев получить работы в научном учреждении, Эйнштейн устроился на непритязательное место инспектора в патентном бюро. Он мог бы легко впасть в уныние и депрессию — бывавшие в те годы у него дома ужасались его нищете.

«Дверь квартиры была открыта, — писал Дэвид Рейхинштейн, бывший преподаватель Эйнштейна, — чтобы просохли вымытые полы в прихожей. Я зашел в комнату. Эйнштейн пребывал в спокойном философском настроении. Одной рукой он качал ребенка в коляске — в другой держал открытую книгу. Во рту его дымилась сигара весьма скверного табака. Печь ужасно коптила. Как он мог выносить все это?»

В таких условиях Эйнштейну ничего не стоило отложить свои занятия физикой: у него бы был повод ежедневно успокаивать угрызения своей совести. Он мог повторять: «Сейчас много неотложных дел. Я вернусь к своим занятиям завтра». И через несколько лет подобного промедления Эйнштейну уже не понадобились бы оправдания. Проблема природы светового луча была бы окончательно забыта.

Но этого не случилось. У Альберта Эйнштейна было небольшое преимущество — он любил физику. Он получал от занятий такое удовольствие, что, несмотря на массу забот, ежедневно находил время, чтобы удовлетворять свою страсть.

За десять лет «одинокий гиацинт» научного эксперимента Эйнштейна разросся и заполонил весь пруд. Для самого ученого явилось полной неожиданностью, когда годы его терпеливого труда внезапно «взорвались» громкими заголовками газет всего мира. По его собственному мнению, он просто каждый день посвящал немного времени своему хобби.

Самоцель

Доктор Шикшентмихали сказал бы, что занятия физикой для Эйнштейна были самоцелью. Слово autotelic состоит из греческих корней auto — сам и telos — цель. Самоцель — цель сама по себе. Другими словами, мы действуем не в надежде добиться результата в будущем, а ради получения удовольствия от самого процесса достижения.

Стремление к высоким должностям или званиям — недостаточный стимул для научных исследований. Только когда постижение знаний — самоцель, у вас появится и терпение и желание овладеть предметом так же, как Эйнштейн мастерски владел физикой, Моцарт — музыкой, Дисней — мультипликацией.

Решать вам

Как вам удастся научиться получать наслаждение от своей работы — ваше глубоко личное дело. Каждый из нас должен найти свой собственный способ превратить работу в удовольствие. Нет единого метода, подходящего для всех. Для многих людей, как, например, для меня, запоминание наизусть — настоящая мука. А для моего соавтора Ричарда По оно оказалось самоцелью.

Потратив пять лет на изучение латыни в средней школе и колледже, Ричард долго расстраивался, что неважно освоил этот мертвый язык. В конце концов он решил отработать произношение, запоминая длинные тексты на латыни. За несколько месяцев Ричард выучил наизусть первую главу Библии.

В отличие от многочисленных предыдущих проектов самосовершенствования, за которые он с энтузиазмом брался, но затем бросал из-за нехватки времени, с таким методом изучения латыни у него не возникло никаких проблем. Он мог взглянуть на строчку утром и весь день в свободные минуты повторять ее про себя. Утомительное ожидание своей очереди в банке или поездка в переполненном вагоне метро стали для Ричарда прекрасной возможностью тренировки памяти. Раньше Ричард чувствовал себя бездельником, когда впустую тратил время в кровати, пытаясь уснуть, — теперь он мог упражняться и ночью, повторяя латинские рифмы.

Трудно сказать, овладел ли Ричард латынью благодаря именно этому методу, но факт остается фактом — изучение языка перестало быть для него работой. Цитирование наизусть сотен стихов на латыни — то есть постоянное сознание роста «внутренней библиотеки» — истинное наслаждение для Ричарда и достойная награда. К тому же он совершенно случайно наткнулся и на способ дисциплинировать свой разум. Сейчас он тратит гораздо больше времени на умственные упражнения и гораздо меньше — на нудные и беспокойные занятия. Если верить теории доктора Шикшентмихали, такая неустанная тренировка с годами должна существенно повысить сложность мыслительных процессов мистера По.

Метастратегия

Многие читатели, несомненно, отнеслись к идее заучивания Священного Писания на латыни как к изощренной пытке. Что ж, каждый должен искать свой собственный путь. Я не могу сказать вам, каким будет ваш подход, но готов подсказать, как его найти.

Большинство методов, с которыми вы познакомились в этой книге, представляют из себя метастратегии — то есть каждая используется как плацдарм для разработки следующей. Мальчик, про которого я говорил в главе 1, используя метод заимствования гения, нашел для себя удивительно эффективный способ достижения успехов в игре в бейсбол.

В глубине подсознания таятся уникальные стратегии, которые позволяют ежедневно оттачивать способности, подчиненные левому полушарию мозга. Отыскать эти стратегии можно с помощью процесса, который я назвал созданием инструментов.

Процесс создания инструментов

Фактически любой метод «Проекта возрождения» может использоваться как способ создания инструментов — как метастратегия. Ниже приведены пять прикладных программ, которые я нахожу наиболее эффективными. После того как мы в нашей группе создали инструменты, нас год за годом поражают появляющиеся как из рога изобилия все новые и новые методы процесса обучения. Это стало для нас одной из самых больших неожиданностей. Мы полагаем, что этот способ будет столь же щедр и для вас.

Метод 1. Обращение к потоку образов. Спросите сами себя, какой из методов лучше всего будет способствовать развитию вашего умения «оказываться на гребне волны», чтобы понять сущность стоящей перед вами проблемы. Затем займитесь просмотром образов, описывая их вслух кому-то или записывая рассказ на магнитофон. Проанализируйте результаты.

Метод 2. Создание отправных пунктов. В своем потоке образов представьте себе место, где прячется ответ (например, в саду, скрытом за высокой стеной), — как это было описано в главе 5. Там же и ключ к новому методу обучения, который вы ищете.

Метод 3. Гений напрокат. Поставьте себя на место гения, чье несравненное мастерство позволяет разрабатывать новые методы обучения. Уже будучи «в шкуре» гения, обдумайте интересующий вас вопрос. Вы можете также использовать метод параллельных миров, описанный в главе 8. Просто вообразите, что где-то на далекой планете живет ваш двойник — крупнейший эксперт в области разработки систем самосовершенствования.

Метод 4. Мгновенный ответ. Закройте глаза и загляните в свой поток образов, чтобы увидеть, какие картины проплывают там. Повторите это трижды и сравните изображения. Общие для всех трех картин элементы наверняка подскажут вам что-нибудь.

Метод 5. На альтернативной Земле. В силу некоторых причин этот метод стал наиболее плодотворным из всех применявшихся на наших семинарах. Используйте некое воображаемое устройство типа пространственно-временного транспортера, описанного в главе 8, который способен перенести вас далеко вперед, в будущее — в высокоразвитую цивилизацию. Пусть эта цивилизация будет населена обычными людьми, а не какими-то экзотическими существами — так вам будет легче перенять у них опыт, полезный для землян. Однако эти, казалось бы, обыкновенные люди далеко не ординарны.

В мире будущего десятилетний ребенок играет на скрипке лучше, чем Хейфиц, мыслит глубже, чем Эйнштейн, и как драматург — талантливее Шекспира. Побудьте в образе этого ребенка и выясните, что ему дано природой, как он живет и воспитывается и что именно так сильно стимулирует его способности и интеллект. Пусть поток образов поможет вам понять, почему люди будущего так поразительно талантливы, в чем их секрет.

Традиция создания инструментов

Я надеюсь, что читатели подойдут серьезно к созданию собственных инструментов. В определенном смысле это — основополагающий процесс. Сама книга «Неужели я гений?» и все методики, предлагаемые в ней, — продукт многолетней работы над созданием инструментов.

Возможно, нет более уважаемого авторитета в этой области, чем доктор Сидней Дж. Парнес, близкий соратник Алекса Осборна, автора метода мозговой атаки. Парнес мог бы легко почивать на лаврах после пятидесяти лет работы над методами творческого подхода к решению проблем. Тем не менее он год за годом продолжал бесконечные поиски все новых и новых приемов. Неизменная приверженность Парнеса методу создания инструментов сделала его всемирно известным экспертом в области исследования творческого потенциала человека, а его Фонд творческого образования — лидирующей организацией в этой области.

«Роль творчества в развитии мастерства» (Buffalo, NY: Creative Education Foundation, 1988) — выдающаяся работа Парнеса. Я рекомендую вам познакомиться и со «Справочником для решения творческих проблем», изданного под редакцией Сиднея Дж. Парнаса (Buffalo, NY: Creation Education Foundation, 1992).

Жизнь — это ваш шедевр

«Нельзя ли найти утешение в том, — записал однажды Эйнштейн, размышляя о смерти, — чтобы итог жизни представить как законченное произведение искусства?»

Эти слова особенно грустно сознавать, потому что, покинув мир в возрасте семидесяти пяти лет, Эйнштейн оставил труд всей своей жизни незавершенным. Некоторым, вероятно, покажется, что сорок лет, проведенные великим физиком в поисках единой теории поля, потрачены впустую — ведь когда проблема будет наконец решена, вся слава достанется другому.

Однако даже незадолго до смерти Эйнштейн в полной мере наслаждался каждым моментом погони за неуловимой святой целью. Когда придет наш последний час, будем ли мы с тем же удовлетворением вспоминать годы, проведенные «на гребне волны», когда мы наслаждались каждым своим днем? Будем ли мы с гордостью подводить итоги? Или нам придется признать суровую и горькую правду, что большую часть жизни мы потратили на бесконечные метания между тревогой и скукой?