4. Противостояние культур

4. Противостояние культур

Еще со школы мне всегда казалось странным: ситуация, когда буквально через год после покорения Руси Батыем (разорено и выжжено 90% русских княжеств, и все уже платят дань, испрашивают в Орде ярлыки на княжение) Новгородский князь Александр Ярославич продолжает действовать, как будто бы ничего не случилось. В 1240 году шведские крестоносцы приплывают в Неву, куда Александр приходит с войском и разбивает их наголову. За что получает прозвище Невский, а шведский король Биргер всю жизнь носит печать на лице, оставленную копьем князя. Через год Александр наносит поражение Ливонскому ордену, вторгшемуся в Новгородские пределы, и отнимает захваченные города. Еще через год происходит знаменитое Ледовое побоище, в котором Невский, получив помощь из Суздаля (в то время покоренного Батыем!), вдребезги разбивает крестоносцев-немцев и увязавшуюся с ними чудь. После чего заключает выгодный мир с ливонцами и еще через два года бьет литовцев под Усвятом.

Достоверно известно, что в составе войск Новгородского князя не было ни «татар», ни «монгол». (В кавычках, потому что речь о том, кто такие «татаро-монголы» и что это за нашествие, пойдет ниже.) В то время Батый штурмовал европейские города в Польше, Силезии и Венгрии, опустошил и предал огню три четверти этих территорий.

По логике вещей кажется, если Русь уже платит дань Орде, то та обязана защищать ее рубежи, чтобы серебряные монеты, белка от дыма и прочее добро не уходили в чужие руки. Однако Батый словно и не замечает крестоносцев, продолжая путь на Запад. Враг Руси – Ливонский орден должен бы стать врагом и Орде, но этого не происходит. А дело в том, что для Руси борьба с Востоком имела характер чисто «экономический», кочевники не вмешивались в культурную жизнь государства, их интересовала только дань. Когда Батый проводил перепись населения Руси, церкви, монастыри и сами священники не подлежали учету (чем потом и воспользовался Сергий Радонежский). Но в то же время Запад в лице Ливонского ордена стремился не только к захвату русских земель, но прежде всего боролся за расширение своего духовного влияния, за подчинение Руси Папе Римскому. (Ему удалось оторвать лишь Галицко-Волынское княжество, и князь Даниил Романович стал королем.)

Это уже была идеологическая борьба культур.

На первый взгляд евроазиатское расположение России подвергало ее, кроме военных, еще и чисто идеологическим нагрузкам на разрыв между культурами Востока и Запада, но ничего подобного в истории не происходило. Восток всегда претендовал лишь на территорию и богатства, то есть на экономику. Могучая Османская мусульманская империя, покорив Балканы и часть Малой Руси, оставила там после себя лишь десятка два турецких слов, заметную черноту волос туземного населения да широкие шаровары. Мусульманство, впрочем как и буддизм, подпирающие Россию с востока и юга, в те времена не были воинствующими идеологиями и не стремились к самоэкспорту и широкому распространению на чужих территориях, в отличие от христианского Запада. Войны, навязанные Западом, практически всегда носили признаки борьбы культур.

Мудрые ученые головы политиков, размышляющих по поводу миссии России, свели ее к тому, что якобы мы послужили буфером между «развитой цивилизацией» Запада и «диким варварским» Востоком, не позволив последнему внедриться в его глубины и разрушить «общечеловеческие ценности». И спасибо, что хоть такую роль отвели, а то бы и вовсе могли не заметить некий прыщ, всей своей историей претендующий на особую Третью цивилизацию. Судя по школьным учебникам истории и утверждениям западных аналитиков, мы, оказывается, не разбивали Наполеона и не гнали его до Парижа – сам замерз и оголодал в Москве; не повергали монстра гитлеровской Германии, которому сдавалась без боя и от которого трепетала вся Европа, – это сделали «союзники»: США, Великобритания и генерал Мороз, а с ними французское Сопротивление и польские четыре танкиста с собакой. Квантунскую армию мы тоже не выбивали из Маньчжурии – сдалась сама, когда американские парни сбросили ядерные бомбы на Хиросиму и Нагасаки.

И теперь у нас появляется уникальная возможность продемонстрировать всему миру, что мы на самом деле значим. Нам сейчас следует отступить в сторону и наблюдать, как набирающий силу, но будто бы нецивилизованный, варварский Восток, растравленный теми же американскими парнями, словно тигр в клетке, набросится на Запад. Тем паче ждать осталось недолго, очень скоро США развяжут войну с Ираном, для чего и наращивают группировку войск в Ираке, чтобы сразу же начать наземную операцию с применением тактического ядерного оружия (поэтому у США ядерные претензии к Ирану).

Это и станет началом конца младосущего и потому претенциозного государственного образования, претендующего на роль Третьего Рима.

Но мы не можем наблюдать за тонущим в пруду ребенком. Сверхзадача Духотворного Мира (цивилизации) состоит в том, чтобы не властвовать в мире, не владычествовать, но владеть им, то есть творить ЛАД, уравновешивать магнитные полюса с их полями, оставаясь в своем собственном немагнитном поле. На стыках культур всегда существуют страны, подобные Прибалтийским республикам и Польше на Западе и среднеазиатским бывшим советским республикам на Востоке. Это «блуждающие кометы», которые, попадая в магнитное поле той или иной цивилизации, могут закручиваться в спираль их орбит и находиться там, пока сила этого поля будет способна удерживать их массу. При ослаблении магнитного поля они тотчас оторвутся и притянутся к более сильному, но никогда не станут единой плотью с какой-то культурой. В любом случае баланс сил от «блуждающих комет» не нарушается.

Но как только мы встанем на какую-то сторону, в тот же миг резко увеличится критическая масса одного полюса и начнется, по сути, ядерная реакция, вследствие чего мир надолго провалится в хаос. Так что нет у нас пути ни на Запад, ни на Восток.

Но понимать это должны не только мы, а прежде всего полюсные культуры.

Сверхзадача Духотворного Мира в том, чтобы не властвовать в мире, не владычествовать, но владеть им, то есть творить ЛАД, уравновешивать магнитные полюса с их полями, оставаясь в своем собственном немагнитном поле.

На самом деле признаков, определяющих культуру как цивилизацию, не четыре, а больше. Например, наличие тех же «блуждающих комет», способность культуры поглощать (растворять в себе) малые культуры, способность «держать удар» при столкновении с другими цивилизациями, способность к самоорганизации и так далее. В процессе работы я буду возвращаться к этим признакам, однако они требуют отдельного рассмотрения, что не входит сейчас в мою задачу разобраться, кто мы ныне.

Все иные «ценности» цивилизации, кроме перечисленных, как то: «прогрессивные» способы управления обществом (демократия, социализм, коммунизм), развитие науки, техники, экономики, могущество армий и вооружений, материальный уровень жизни – всегда будут признаками второстепенными, поскольку определяют быт, а не бытие.

И сейчас вернемся к вопросу, что же это было такое – «татаро-монгольское» нашествие и последующее трехсотлетнее иго, поскольку это одно из главнейших событий: столкновение с культурой Востока, которое до сих пор не дает покоя и историкам, и даже математикам.

То, что нашествие было, кажется, никто не сомневается, да и трудно оспаривать, ибо существует мощный пласт летописной и «художественной» литературы, называющей имена исторических личностей, даты, места сражений и т.д., вполне сопоставимые с археологическими материалами. Однако при всем том, иго это было каким-то странным, нелогичным, отчего возникает множество версий, кто напал и почему и отчего, например, эта «тьма», полчище, так легко покорила среднюю (Владимирскую) и южную Русь и вторглась в Европу (Польша, Силезия), покорив пространства, для тех времен необъятные, и всего за каких-то три года (с 1237 по 1240).

Существует даже версия, будто сами на себя напали. И в ней есть доля истины...

Как известно, до пятнадцатого века на географических картах (Меркатора) Гиперборея (на греческом), находящаяся за Рипейскими горами, обозначалась как Тартар. Если перевести это слово с русского на русский, то означает оно буквально «Земля в земле» (Т – знак тверди, АР – земля). За счет переогласовки получилось «татар», откуда и пошло название жителей Сибири – татары. Нужно заметить, что это не самоназвание какого-то определенного народа, а одно, общее для всех, кто живет в Тартаре. (Например, казанские татары называют себя Булгарами, и правильно делают. Пора бы восстановить справедливость.) Татары, или тартары, жили повсюду, от Урала до Монголии и Китая, и являлись совершенно разными народами и племенами, а некоторые из них и в самом деле были тюркоязычными (например, кыргызы, населявшие тогда некоторые области Восточной Сибири и входившие в состав войск Чингисхана). Первого японца, оказавшегося в России при Петре, в Артиллерийском Приказе называют прямо: «Апонского государства татарин именем Денбей». До сих пор в Сибири всех нерусских чохом называют татарами, не вдаваясь в подробности. Так, живущие на р. Кеть угрофинские племена кетов и селькупов (а также зырян и «ясашных» эвенов) именуют татарами, а они и не противятся.

Но что удивительно, вся основная топо– и гидронимика Сибири, и особенно Восточной, где, казалось бы, и русским духом не должно пахнуть, на 90% состоит из праславянских названий. По крайней мере имеет обязательную индо-арийскую корневую основу, чуждую тюркской. Судите сами – Обь (обло – поверхность круга), Ангара (бегущая от солнца, то есть с востока на запад), Лена, Оленек, Селенга, Алдан, Амга, Яна, уже упоминаемая Индигирка, Киренга, Мама, Ока (в Иркутской обл.), Шилка и даже ее приток ОНОН, на котором и родился Чингисхан (Темучин) – высокий, голубоглазый, широколобый, длиннобородый и крепкого телосложения человек, никак уж не похожий на низкорослого желтолицего монгола.

Раскопки сибирских курганов академиком Окладниковым в прошлом и последние археологические экспедиции, например, в Туве, граничащей с Монголией (в долине царей), совершенно определенно и наглядно доказывают, что Тартар, и особенно Восточный, – это страна скифов, которые, возможно, и считали себя тартарами, наследниками гиперборейцев. Разумеется, это был разнородный и наверняка двуязычный этнос, который чудесным образом сохранился до наших дней. Упоминаемые Русскоустьинцы – потомки скифов Тартар: они и доныне двуязычные и говорят на смешанном славянотюркском языке.

Народ Тартар населял и северную Монголию, где родился Темучин, поскольку известны так называемые татары Ниучи (звучание совсем не тюркское, впрочем, как и в имени). По соседству жили Уйгуры (Игуры), почему-то владевшие арамейским (?) письмом, и даже несторианские христиане Кераиты. Это в такой-то глубине Востока!

Получив титул Великого Хана, Темучин, казалось бы, будучи типичным восточным властителем, начинает войну с Китаем. То есть в то время, возглавив империю Тартар и Монгол, он не относил себя к Востоку, и до 1223 года, пока не случилась битва на Калке, он воевал и покорял исключительно Восток! Вспомните тактику действий татаро-монгольской конницы – один в один родная, скифская. Низкорослые, выносливые, не боящиеся морозов монгольские кобылицы, требующие мало корма, способные добывать его из-под снега и питаться мелким ивняком, однако при этом дающие молоко и мясо – пища была с собой. (А если еще вспомнить полчища Атиллы?)

И, покорив Восток, стал собственно Востоком, впервые в истории объединив его в Империю. Он испил его, как чашу кобыльего молока, и впитал в кровь. И внук его, Батый, уже был истинным представителем Востока. Однако и он отлично знал, что есть Русь, и не посягал «на своих», хотя дважды, возвращаясь с Кавказа, проходил по границам южных земель. Напротив, разгромил врагов Руси – половцев, которые бежали к Киеву, прося защиты.

Половцы и спровоцировали горячих молодых князей. При первой встрече на Днепре у Заруба, супротив Варяжского острова, когда впервые встретились русские и тартарские послы, они узнали друг друга! Но гордая, уже «цивилизованная» христианством Русь не могла «замириться» с «поганым языческим» Востоком, тем паче тартары были потомками кочевых скифов, а славяне сарские (царские), то есть благородные. Ощущая превосходство и силу свою, по наущению половцев – «Нас побили, придут и вас побьют!» (святая простота!) – нарушили древний обычай и перебили послов. Однако Батый, к его чести, не напал, как подобает коварному восточному императору, а прислал новых! Которые благородно объявили войну...

Чем окончилась битва на Калке – первое соприкосновение с Востоком, известно. Однако Батый еще четырнадцать лет не трогал Русь, которая, испытав первый удар, отчего-то жила бездумно, с обычными междоусобицами и не готовилась к войне, хотя только слепой не видел, какая силища уже подбирается со стороны Волги, подминая под себя булгар, башкир, мордву и прочие народы.

И еще одно любопытное явление: Батый не тронул Северную Русь, хотя Новгород, например, стоящий на торговом пути, был в то время богатейшим городом. И Александр Невский тем часом делал свои дела – воевал со шведами и немцами, словно за спиной надежный тыл. А еще не разрушал церквей и монастырей, если не считать рязанских, не обкладывал данью, не преследовал священников, тогда как, гуляя по мусульманскому Востоку, ровнял с землей мечети и минареты.

Если рассматривать стратегию и тактику действий Батыя и его военачальников, то создается впечатление, что он, прежде воевавший только на Востоке, отлично знал нравы русских, их образ мышления, манеру поведения, стратегию, тактику действий вооруженных сил и географию Руси. Помните, Дарий, пришедший воевать скифов, много месяцев гонялся за ними по донской степи, в результате заблудился, растерял свои отряды, от голода войска поели коней, и, ни разу не сойдясь с противником в битве, он бежал побежденным. Здесь же ничего подобного не происходит, батыевы полчища идут, словно по картам, рубят дороги через дремучие леса, знают, где есть пастбища, куда текут реки и где пересидеть лютую зиму.

И русские князья знали, кто к ним пришел, отчего и кричали, что это нашествие – кара Господняя за грех междоусобиц, и не потому ли всего лишь два города из нескольких десятков, Рязань и Козельск, оказали ожесточенное сопротивление, дрались по-русски, насмерть. И если Батый назвал Козельск злым городом, то, выходит, остальные были добрые? Княжеская элита того времени была не робкого десятка (Изяслав Галицкий один чего стоил!), однако почему-то не смогла, имея свежие силы, организовать мощное сопротивление, навязать генеральное сражение, подобное Куликову полю. А в северной Руси тем временем была могучая армия, способная громить шведов и немцев, что и делал Александр Невский, словно забыв о нашествии с Востока.