«Мокрое» дело

«Мокрое» дело

Вот человек какой-то мочится

В подъезде дома моего.

Ему, наверно, очень хочется,

Но мне-то, мне-то каково?

Нарушить плавное течение

Его естественной струи

Не позволяют убеждения

Гуманитарные мои.

Пройти спокойно мимо этого

Не в силах я, как патриот…

Что делать, кто бы посоветовал,

Но вновь безмолвствует народ.

Игорь Иртеньев

«Всякому безобразию есть свое приличие…» — говорил чеховский персонаж. Но горькая правда жизни состоит в том, что далеко не всякое безобразие может быть обуздано приличием. Остановить же беспредел, как ни странно, порой способен только компромат — оружие такой силы, что легко прошибает доспехи служебной неприкасаемости.

Министерство внутренних дел — структура, которая ревностно оберегает честь мундира и старается не выносить сор из избы. Однако похождения полковника милиции Владимира Андреевича Крецу из Санкт-Петербурга заставили его сослуживцев в ужасе открещиваться от оскандалившегося коллеги. История началась с того, что в ночь с 19 на 20 февраля 2009 года в ресторане «Гин-но Таки» на улице Савушкина некий изрядно выпивший мужчина начал вести себя вызывающе — кричал и пытался танцевать, а когда официант попытался его урезонить, то посетитель достал из кармана удостоверение и, раскрыв его, заявил, что он — не кто иной, как начальник Приморского управления внутренних дел Владимир Андреевич Крецу. В довершение всего безобразия пьяный посетитель помочился прямо в зале ресторана. Затем, выйдя, наконец, на улицу, он пытался открыть чужую машину и в гневе долго бил по ней кулаками.[229] Крецу буянил до тех пор, пока его не увезла некая черная иномарка.

История в «Гин-но Таки», возможно, была бы замята, если бы пьяный дебош не был снят на камеру. Через несколько дней запись появилась в Интернете. По распоряжению начальника ГУВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Владислава Пиотровского началась срочная служебная проверка по факту появления скандальной видеозаписи, бросающей тень на всю городскую милицию. Внезапно обнародованный компромат заставил и петербургских журналистов, и руководство городского главка внимательнее присмотреться к деятельности главного милиционера Приморского района, и оказалось, что тот февральский инцидент был не случайным событием: год назад в таверне «Лисья нора» в поселке Лисий Нос с Владимиром Крецу по пьяному делу произошел похожий случай — в ответ на просьбу персонала вести себя потише пьяный сотрудник правоохранительных органов сначала начал размахивать служебным удостоверением, а потом помочился на чучело медведя. Можно сказать, начальник Приморского РУВД давно специализировался по «мокрому» делу. Вызванный наряд милиции узнал полковника и, естественно, задерживать его не стал, поспешил ретироваться от греха подальше.

На следующий день после обнародования скандальной записи из ресторана «Гин-но Таки» полковника Крецу пригласил для беседы начальник ГУВД Владислав Пиотровский. Итогом этой беседы стал написанный Владимиром Андреевичем рапорт об увольнении из органов внутренних дел. «Крецу дописал карьеру», — съязвила на сей счет популярная интернет-газета «Фонтанка. ру». Сам Владимир Андреевич, написав рапорт, немедленно лег в больницу.

Буквально за несколько дней Владимир Крецу стал популярной в городе фигурой. Хотя пятидесятилетний полковник вряд ли мог мечтать о такой славе… Всплыла на поверхность история, которая выглядит уже не фарсом, а настоящей трагедией. Весной 2008 года двадцатипятилетний заместитель начальника тридцать четвертого отдела милиции Приморского РУВД Андрей Руссков был найден в своем служебном кабинете с простреленной головой. Перед самоубийством он написал записку, в которой в своей смерти обвинял начальника Приморского РУВД Владимира Андреевича Крецу. Придя на службу с красным дипломом Университета МВД, Андрей Руссков всего лишь за год прошел путь от рядового оперуполномоченного до заместителя начальника отдела — это был прекрасный карьерный старт, обещавший молодому человеку большое будущее. По словам коллег покойного, Владимир Крецу постоянно отчитывал молодого сотрудника, унижал его и третировал. У Русскова сдали нервы, когда Владимир Крецу отказался предоставить ему выходной для поездки в Выборг.[230] Однако в 2008 году самоубийство молодого милиционера громкой огласки в городе не получило, и о нем наверняка забыли бы, если б не разгорелся скандал с участием полковника Крецу. Сам Владимир Андреевич на вопросы журналистов отвечал, что предсмертной записки Русскова не видел и вообще сомневается в ее существовании.