Коалиция лиц с неумытой репутацией

Коалиция лиц с неумытой репутацией

(Б.Ельцин и Ю.Лужков)

Выборы мэра в Москве в 1996 проходили одновременно президентскими. Тем самым снова был использован "метод паровоза", изобретенный в свое время Г.Поповым. Только на этот раз локомотив избирательной кампании Лужкова в большей степени тянул выдохшийся паровоз избирательной кампании Ельцина.

Лужков точно сформулировал свое кредо ("Президент", март 1994): "Одна любовь — Москва, одна любовь — жена, одна любовь — Президент". Трижды однолюбец — это оригинально! Кроме того, на счет жены можно было бы промолчать, женившись второй раз неравным браком на молодой даме преклонных лет, на счет Москвы — как бы не предъявили счет за такую «любовь», на счет президента — просто глупо (любить начальника — обязанность чиновника, но говорить об этом вслух — это уж слишком!).

Вся Москва была увешана плакатами с изображением пожимающих друг другу руки Ельцина и Лужкова. Еще до голосования надписи на них гласили "Москвичи свой выбор сделали". Москвичи, обращая внимание на этот плакат, украшавший чуть ли не каждый столб, говорили: "Хорошо висят!"

В одном из телеинтервью Чубайс проговорился, что сбор подписей для кандидата в президенты Ельцина, был практически провален. За три дня до окончания срока сдачи подписей положение смог выправить Лужков, заявивший потом, что пришлось усердствовать почти так же, как это было перед открытием мемориала на Поклонной горе. Так работают только от большой любви или от страха за то, что придется отвечать за такую “любовь”.

Впрочем, не так уж далеко простирается любовь к Ельцину в его собственном окружении, чтобы даром собирать за него подписи. Именно Лужков сделал огромную услугу Ельцину, материализовав эту далеко небескорыстную любовь.

Бог шельму метит, как говорят в народе. Вот и Ельцин в 1996 начал свою избирательную кампанию голосом Генсека КПСС Л.И.Брежнева, вещающего из преисподней. Это выступление было отмечено тем, что президент предложил в случае своего поражения на выборах положить на рельсы уже не себя самого, а Россию. Акцией же самовозложения на рельсы, которую он обещал в случае снижения уровня жизни, Ельцин назвал апрельский референдум 1993 года. Это конечно же ложь, как и практически все, что говорил Ельцин избирателям. Никаких последствий для него этот референдум иметь не мог.

Коль скоро Ельцин сказал, что на рельсах он уже успел полежать на апрельском референдуме, то он косвенно признал, что своих предвыборных обещаний не выполнил и ходит теперь с отрезанной поездом головой. Судя по тому, что произносила эта голова, она действительно была нетвердо прикреплена к плечам и основательно протухла.

Такая жуткая картинка не всякому придется по душе. Более оптимистично сравнение Ельцина с монитором компьютера, который показывает то, что заложено в системном блоке, стоящем под столом. Показывает этот монитор плохо, неразборчиво, поскольку сделан из бутылочного стекла. Зато системный блок изготовлен по стандартам IBM и по заказу Чубайса.

Многим помнится картинный жест Ельцина в 1991, который, стоя на танке, эффектным хлопком раскрыл сложенный вчетверо листок. Своих слов даже в момент торжества у него не было. В 1996 году слов у него тоже не было. Все свои запальчивые речи он произносил, считывая текст со специальных электронных экранов, которые очевидцы этих захлебывающихся энергичным пустословием речей, могли и не замечать — Ельцин навострился ловко косить глазами. К журналистам же он выходил с незаметным микрофончиком, вставленным в ухо. Почти не понимая что у него спрашивают, Ельцин, как попка-дурак, повторял за суфлером, блуждая вокруг отсутствующим взглядом и делая неестественные паузы.

Когда же Ельцин воспроизводил изобретенный Горбачевым метод общения с народом (вхождение в толпу подготовленных бабусь или женщин преклонных лет, оттесняемых многочисленными охранниками), он нес бессвязную чепуху, которую в теленовостях препарировали, составляя из обрывков видеозаписи нечто пригодное для очарования всей страны.

Хуже всего у Ельцина выходило, когда он отрывался от текста или не мог пользоваться услугами суфлера. Например, у него на встрече на каком-то заводе вырвалось игривое приглашение перезнакомить обитателей близлежащей ткацкой фабрики и военного училища. Президент посчитал, что от этого будут рождаться дети. Но он не знал, что ткачихами работают женщины, которым за 40, а курсанты, как на подбор — не старше 20. Вот вам и взгляд на жизнь через бутылочное стекло!

Для того, чтобы набрать очки в президентской гонке Ельцин решил сыграть на самом больном — на выплате зарплаты, которую его правительство умыкнуло у миллионов людей. В течение марта 1996 практически все средства были перечислены в региональные бюджеты. Вывод отсюда простой — гражданам необходимо добиваться ежегодного переизбрания президента, который ежегодно же будет возвращать им долги. Если соответствующую поправку удастся провести в Конституцию, то стоило бы не забыть о процентах, которые должны набежать на задержанную сумму.

Ельцин и его команда применила все возможные средства для того, чтобы не разбить голоса своих сторонников. К примеру, телевизионным работникам и журналистам прямо намекали на то, что они могут пострадать, если хоть как-то упомянут конкурентов Ельцина в своих сообщениях. Режиссеру Говорухину, ставшему доверенным лицом Зюганова, не дали выступить перед телезрителями, объявив его ролик "мракобесием".

Запрет не касался только фигуры Зюганова, подавить которую не было ни сил ни желания — эта фигура сама себя подавляла, отбивая у граждан охоту за нее голосовать.

Антикоммунизм продолжал составлять главный ресурс ельцинской пропаганды, а анализ показывал, что во втором туре Ельцин может победить только Зюганова. Лебедь или Явлинский не оставили бы ему никаких шансов.

Не случайно из многих инициативных групп, занимавшихся сбором подписей за кандидатуру Ельцина, последний выбрал своих старых соратников — своего бывшего уполномоченного по Москве "окончательного демократа" Камчатова, Льва Шемаева с испитым лицом, президента фонда «Содружество» С.Трубе, пропагандировавшего Ельцина через газету «Позиция» еще в 1989, и прочих подобных персон, соединившихся в одну команду.

Ельцин и Зюганов — близнецы-братья. Так считали не только представители «белой» оппозиции ельцинизму. С таким тезисом выступила и Е.Боннер перед парижской русскоязычной публикой ("Век", № 21, 1996). Явлинский, воспользовавшийся в своей президентской кампании поддержкой "окончательных демократов" — Боннэр и С.Ковалева, тоже поначалу вторил им: "Только непорядочные люди могут голосовать за Ельцина", "Ельцин — гарант отсутствия всяких гарантий". Позднее он смягчил свою позицию, надеясь на благосклонность власти при формировании нового правительства. И получил во время ельцинско-черномырдинского триумфа: "Кто такой Явлинский, что он сделал? Программа 500 дней? Знаем, проходили. Хорошо, что не дошли". Этим вопрос об участии Явлинского в правительстве был закрыт.

Не только передемокраченным демократам, но и не слишком заинтересованным наблюдателям было достаточно очевидно, что Ельцин на практике решил реализовать в предвыборной кампании программу Зюганова. Ельцин направо и налево раздавал миллиарды, заключил мирное соглашение с чеченскими бандитами и, объявив что мир в Чечне восстановлен, уволил досрочно с армейской службы тех, кто воевал в "горячих точках" или был призван на 1.5 года (несколько сот тысяч человек покинуло армию, укомплектованную только наполовину).

Предвыборная кампания Ельцина нанесла хозяйству России колоссальный ущерб. Вот лишь часть обнародованных расходов Ельцина на предвыборную кампанию ("Век", № 21, 1996, с.3):

— Екатеринбург — миллион долларов кондитерской фабрике и медикаменты на 250 млн. рублей местной больнице;

— Краснодар — 18 млрд. рублей на жилой дом для ветеранов, товарный кредит на 5,1 трлн. рублей сельхозпроизводителям, 800 млрд. рублей землепользователям на приобретение земли;

— Волгоград — 10 млрд. рублей для научной библиотеки;

— Ахтубинск — спортивный самолет ЯК-52 в подарок спецшколе ВВС;

— Красноярск — компьютерный класс в подарок одной из школ;

— Воркута — 133 млрд. рублей финансовой помощи угольной промышленности, понижение железнодорожных тарифов на 40 %, 9 млрд. рублей на летний отдых детей шахтеров;

— Архангельск — 40 млрд. кредита под 20 % годовых деревообрабатывающей фабрике (при обычных ставках не менее 100 %);

— Свердловская область — 3 млрд. рублей на завершение строительства роддома, 5 млрд. — на реконструкцию госпиталя для ветеранов;

— Кострома — 2.4 млрд. на завершение строительства общежития.

И прочая, прочая, прочая… Вроде бы все это — для людей. Но не забудем, что сразу за выборами начались повальные невыплаты зарплаты. То есть, граждане были подкуплены Ельциным за их же деньги.

Всего с 15 апреля по 29 мая 1996 из "Резервного фонда президента" и других бюджетных источников выплачено под рекламные подвиги Ельцина около триллиона рублей с гаком. Но это только прямые выплаты. Есть еще затраты на избирательную кампанию и посулы из бюджета, которые тоже фантастичны по своим размерам.

Все это привело к тому, что пришлось к началу июня «опустить» Центральный банк России на 5 трлн. рублей, что эквивалентно дополнительной эмиссии пустых денег. Впрочем, и сам ЦБ напечатал 13 трлн. рублей ("Сегодня" 11.06.96). Вероятно, именно такова цена, которую Россия заплатила за избирательную кампанию Ельцина. Но это только первый взнос, вершина финансового айсберга. Общая растрата, произведенная Ельциным из бюджета России оценивается, примерно в шестьдесят триллионов рублей.

Что касается обещаний, Ельцин копировал не Зюганова, а Жириновского. Он не скупился и лгал без перерыва. Причем в любом раскладе Ельцин не собирался уступать власть. Хранитель тела “всенародно избранного” Коржаков свидетельствовал, что с коммунистами велись закулисные переговоры о переносе выборов: мол, власть все равно не отдадим, переносите выборы решением Думы.

Чего только не наобещал Ельцин в своей предвыборной кампании. Он обещал, что социальная защищенность граждан в течение ближайших лет будет на уровне ведущих европейских стран, что к 2000 году в армии служить будут только контрактники и т. д. и т. п. Как беззастенчиво пишет Коржаков, “обманывали ради реформ и демократии”.

Мы уже слышали байку про рельсы, на которые Ельцин собирался улечься в случае снижения уровня жизни в России. На этот раз поверить Ельцину мог только полный дебил. Таковых нашлось немало, но большинство все же только сделало вид, что поверило, объясняя себе и окружающим свое неприятие коммунистов. Обещанную им зарплату наивные избиратели будут ждать еще долго. Особенно шахтеры, которым сразу после выборов пришлось объявить массовую голодовку.

Зато Америка не только поверила в Ельцина, но и открыто поддержала его кредитами, выделив режиму непосредственно в предвыборный период более миллиарда долларов, а буквально накануне голосования — еще 330 млн. долларов.

К этому был добавлен куш в 3 млн. долларов от российских банкиров, предназначенный для финансирования деятельности Чубайса и его группы, включая дочь Ельцина Татьяну Дьяченко, которой не терпелось разделить лавры с Раисой Горбачевой. Об этом рассказывал в одном из интервью Борис Березовский, считавший себя главным организатором всех побед объединенной команды ельцинистов и финансистов (“Правда-5”, 1–8.11.96).

Любовь Америки к Ельцину понята. При нем на руках российского населения оказалось как минимум 20 млрд. долларов — больше, чем где-либо. При таком количестве денег, находящихся за рубежом (2/3 всей зарубежной долларовой наличности), США не страшна никакая эмиссия — выпуск ничем не обеспеченной зеленой бумаги. К таком выпуску они и приступили опять же в период избирательной кампании 1996 г. в России.

Понятна любовь к Ельцину со стороны всяческого жулья. Ведь 20 % всех долларовых купюр являются поддельными. При том, что внутрироссийский долларовый оборот составляет сотни миллиардов, фальшивки можно легко менять на товар.

Понятна и любовь к Ельцину со стороны президентов постсоветского пространства. Крах ельцинизма в России означал бы для них личный политический крах. Поэтому все эти бесенята единодушно поддержали российскую "демократию".

У всех сторонников Ельцина влечение к нему не было бескорыстным. В ряде средств массовой информации был опубликован реестр расходов Ельцина, почерпнутым его командой из государственного кармана (например, "Русский курьер", № 3, 20–27 декабря 1996, с. 16–18). Из этих данных следует, что разворовано по меньшей мере полмиллиарда долларов.

Полмиллиона долларов передано Фонду «Согласие» (И.Рыбкин), столько же на прокат фильмов Михалкова, 800 млн. рублей — совершенно выродившемуся к тому времени движению "Женщины России", 1.7 млрд. рублей — "Гражданской инициативе", 850 млн. рублей казачкам, движению "Выбор России" (П.Медведев) — 100 млн. рублей, партии «ДВР» — 249 млн. рублей, движению "Вперед, Россия!" (Б.Федоров) — 150 млн. рублей, Российской объединенной промышленной партии (Вольский) — 250 млн. рублей, Конгрессу национальных объединений России (КНОР) — 100 млн. рублей, ПРЕС (Шахрай) — 250 млн. рублей, 100 млн. рублей «Демроссии» (Л.Пономарев), гаденькой газетенке «Президент» 500 млн. рублей, российской партии социальной демократии — 250 млн. рублей, несуществующему Союзу "Живое кольцо" — 310 млн. рублей, 1 млрд. рублей — Союзу землевладельцев, 15 млрд. — липовому Российскому воинскому братству, 145 млн. рублей — Союзу журналистов. В итоговой калькуляции указана общая сумма финансирования Общественного движения в поддержку Президента (ОДОП) — 48,667 млрд. рублей. На культурно-массовые и общественно-политические мероприятия избирательной кампании Ельцина из казны потрачено еще 83 с лишним миллиарда рублей, на социологические исследования — 34 миллиарда, на "поддержку регионов" — без малого 160 млрд.

НТВ выплачено 78 млн. долларов, ОРТ — 169 млн. долларов "закрыто налоговыми освобождениями", «Интерфаксу» — 250 тыс. долларов. Общая сумма затрат на электронные СМИ — 336.813 млрд. рублей, на остальные СМИ — 77.291 млрд. рублей. Только на рассылку полиграфической продукции (540 тонн) выделено аж 4.6 млрд. рублей.

Есть тут и такая замечательная запись: "Празднования 12 июня (Пономарев Л.А.) Пришло от Филатова. Б-215 от 02.05.96. Направлено на согласование с Лисовским". Не в процессе ли этого согласования выносились из дома правительства полмиллиарда долларов, вокруг которых разгорелся целый скандал уже в июне 1996?

Есть и другие именные проекты. Например, на "спецпроект Шахновского" выделено почти полмиллиона долларов, на "проект А.Козырева" — четверть миллиона долларов, Осталось неясным, реализован ли не отринутый сразу проект организации сеансов А.Чумака (вероятно тоже в политических целях) ценой в 1.6 трлн (!) рублей.

Все это изобилие цифр некоторые хидромудрецы пытались представить как фальшивку. Мол, все изготовлено шутами под предводительством Марата Гельманом, которые выставили этот продукт в качестве произведения искусства на тему “Компромат. Сделай сам.” В пользу того, что это была хитрость, нейтрализующая утечку информации, говорит тот факт, что в документе нет ни одной ошибки. Фамилии, суммы, любимые инициативы составитель должен был знать досконально.

Есть и другое подтверждение достоверности указанного документа. Несколько раз в нем упомянут Национальный фонд спорта, вокруг которого позднее разгорелся скандал и криминальщина. Откуда взял НФС деньги для финансирования избирательной программы Ельцина видно из таких данных ("Новая газета № 27, 29 июля — 4 августа 1996):

Данные из закрытой справки таможни за 1995 г.

Крупнейшие импортеры табака млн. $ млн. шт.

НФС 284.7 40.2

Московское представительство

АО "Нефтяная компания Эвихон" 44.7 4.0

ГП ВЭО «Технопромэкспорт» 0.6 2.6

АООО "Игры доброй воли-94" 19.0 2.2

Федерация хоккея России 4.2 1.4

ТОО «Акция» 12.8 1.4

Фонд 50-летия Победы 11.1 1.0

АОЗТ «Нова» 2.8 0.9

ООО «НФС-Нева» 7.3 0.9

"НФС-плюс" 6.8 0.8

Крупнейшие импортеры водки

НФС 200.6 159.4

ООО «НФС-Нева» 75.3 42.6

Федерация хоккея России 13.4 15.2

Олимпийский комитет России 4.6 3.5

Проф. футб. клуб «Ротор» 2.9 3.1

АООО "Игры доброй воли-94" 1.8 0.8

Российский фонд инвалидов войны в Афганистане 0.1 0.15

Крупнейшие импортеры крепких спиртных напитков

НФС 100.4 56.3

Проф. футб. клуб «Ротор» 47.0 11.8

ООО «НФС-Нева» 26.2 11.4

Федерация хоккея России 7.4 10.9

АООО "Игры доброй воли-94" 3.2 2.0

Олимпийский комитет России 1.8 0.7

Все это «спортивное» изобилие проистекает из Указа Ельцина № 1973 от 22 ноября 1993 г.: "товары, импортируемые в РФ и предназначенные для обеспечения и проведения международных спортивных соревнований… освобождаются от уплаты таможенной пошлины, налога на добавленную стоимость и акциза". Только для финансирования "Приза «Известий» НФС поназаключал столько контрактов, что налоговые освобождения составили около 1 млрд. долларов. Реально же на турнир было потрачено 2,37 млн. долларов. Возникающие было разбирательства гасились и.о. генпрокурора А.Ильюшенко, которого потом пришлось арестовать. Но даже последующая отмена таможенных льгот указом от 6 августа 1995 г. не коснулось НФС.

Так ковалось реальное "золото партии" ельцинистов, позволившее ей победить в фальсифицированных выборах 1996 г. Одного из “кузнецов” — бывшего главу НФС и ельцинского партнера по развлечениям на корте — Тарпищева, которого стало неприлично держать вблизи верховной власти, пригрел у себя Лужков. Якобы в качестве бесплатного советника. Обычно такого рода советники получают широчайшие возможности, чтобы повышать свое благосостояние, не расписываясь в ведомости за получение зарплаты.

Возникшие в ходе избирательной кампании скандалы следует отнести, вероятно, к типу конфликтов, которые могли иметь место между "партией Бормана" и "партией Гиммлера". В российской ситуации это были "партия Коржакова" и "партия Чубайса".

Дрались они между собой жестоко. Об этом свидетельствует публикация стенограммы беседы Чубайса с первым вице-премьером Илюшиным и зампредом Администрации президента Красавченко (МК 15.11.96), по поводу которой разгорелся было скандал, да утих — никаких сил затолкать проходимцев за решетку у осторожных парламентских горлопанов не было.

Затишье в правоохранительной системе не смогли сломить даже слова Чубайса: “Я же говорю, что тут язык абсолютно однозначный. Только в лоб ему сказать, что либо заткнитесь, ребята, либо посадим. Все. У нас материалов столько с документами, что хватит лет на 15 каждому. Про все воровство, про все убийства, про всю кровь, которая за ними стоит. <…> Если с любым из нас что-то происходит, мгновенно эти материалы публикуются. Схему я лично проработал до мельчайших деталей, сделал два месяца назад, потому что знал с кем имею дело.”

Операция Чубайса чуть не сорвалось. Он сам испугался им же затеянной интриги. Судя по стенограмме, предполагалось даже эвакуация его ближайших компаньонов Лисовского и Евстафьева через Финляндию в Турцию с использованием музыканта-демониста Ростроповича, машину которого не должны были трогать при пересечении границы.

Спасло лишь то, что в операцию оказалась втянутой дочь Ельцина Татьяна Дьяченко. Чубайс успел к Ельцину до Коржакова с Барсуковым и выложил два аргумента: предвыборный штаб может мгновенно прекратить работу, под ударом одновременно и избирательная кампания, и семья президента. Вереница персон, оказавших в этот период воздействие на слабую психику Ельцина, была оглашена Коржаковым, давшим после своей отставки скандальное телеинтервью: Березовский, Гусинский, телекомментатор Киселев, губернатор Немцов.

Ельцинская избирательная кампания стала парадом паскудства. В его поддержку выступали скопом целые трудовые коллективы, целые отрасли. Журналисты и вовсе обезумели. Хорошо еще, что масса населения в значительной мере дебильна. А то бы вменили с помощью СМИ такую шизофрению, что не приведи Господь.

Антикоммунистическая истерия в поддержку Ельцина достигла небывалых высот. Крестьяне говорили, что у них коммунисты могут отобрать коров, журналисты заверяли, что снова начнутся массовые расстрелы,

На политиков во время выборов напала последняя стадия безумства. После первого тура, в котором по данным Центризбиркома с небольшим перевесом вперед вышел Ельцин, политики, ранее проявлявшие самостоятельность мысли, заговорили о необходимости правильного выбора, опасности разворота общества вспять от демократии (будто ее где-то видать). Даже вдова Дудаева (мнимая?) благословила убийцу своего мужа (и убийцу русских солдат, сложивших голову в Чечне) на победу в президентских выборах.

Социологи вообще превратили свою профессию в аналог психической патологии. Например, известная проправительственная служба ВЦИОМ объявляла, в прессе, что в первом туре Ельцин превзойдет Зюганова на 12 %, а в Центризбирком те же исследователи сдавали данные о победе всего тремя процентами.

Перед вторым туром прогнозы были еще фантастичнее. К прогнозистам присоединился корифей всех наук — Ю.Лужков. Во втором туре он предрекал победу Ельцину 10–12 процентами, а в Москве заблаговременно обещал своему хозяину перевес в 4 раза.

Средства массовой информации начали распространять провокационные слухи о том, что люди запасают крупы, спички и сахар, а ожидающие победы коммунистов администраторы, мол, тайно начали печатать талоны на такого рода товары.

Все сплошь ссылались на "последние 70 лет", забывая о последних пяти. Наконец, Ельцин всенародно был объявлен конем, которого на переправе, как известно, не меняют.

Переправа, переправа… Как писал Твардовский, "кому — память, кому — слава, кому — темная вода". Пять лет шла эта переправа и троянский конь, упершийся в берега апокалипсического Хроноса, стоит — ни тпру, ни ну. Ни жить не дает, ни умереть достойно.

* * *

Программа Лужкова на мэрских выборах 1996 года была немудреной. Он постоянно повторял на разного рода собраниях одно и то же — тезисы из книги "Мы дети твои, Москва" да из бюрократических отчетов его чиновников — без конкретных цифр.

Если излагать предельно коротко, то позиция Лужкова сводилась к следующим тезисам (МН, № 13, 1996):

— утверждение самоуправления в качестве заказчика у городских властей и в виде иерархической системы (то, от чего все предшествующие годы Лужков бегал, как черт от ладана),

— перенесение налогов с производителя на потребителя и собственность (то, чего в рамках московских решить невозможно принципиально),

— проведение приватизации ради выгоды, а не ради политических принципов (вопрос о выгоде понимается Лужковым крайне своеобразно — см. раздел "Воплощенное невежество"),

— подавление паразитического капитала (последнее теоретическое нововведение Лужкова более чем сомнительно, см. там же).

И это все. Более подробная программа, опубликованная в ряде газет — интерпретация лжи, ранее опубликованной на глянцевой бумаге. Даже очень заинтересованному читателю освоить эту бюрократическую писанину крайне затруднительно — слишком уж низок интеллектуальный уровень ее создателей. Обычная номенклатурная брехня.

За эту пустышку Лужкова выдвинули на уже занимаемый им пост продажные московские профсоюзы. Лужков, разумеется, не стал отказываться от этой чести.

Профсоюзные активисты обосновали свое решение так: "Лужков обеспечивает главное — чтобы в городе было тепло и ходил транспорт". Сразу вспоминается идиллия коммунистического недалеко в интерпретации известного комедианта: "Трамваи ходют, посуду принимают — жизнь идет."

Лужков на встрече со своими холопами в институте нефти и газа по поводу своего согласия баллотироваться на пост мэра привел слова Остапа Бендера: "Как порядочный человек, теперь я уже не могу не жениться". Мэр забыл, что Остап был жуликом, чтящим уголовный кодекс лишь до той степени, в которой этот кодекс мог контролировать его деятельность. Поэтому его цитата — снова чисто фрейдистская оговорка. Разорив Москву, мэр уже "не мог не жениться".

Другая блестящая фраза мэра, прозвучавшая в выступлении: "Если мы будем все время долбить фундамент, то у нас рано или поздно поедет крыша". Естественно, под "поехавшей крышей", подразумевалось сумасшествие. Относя фразу мэра на него самого, мы все-таки не утверждаем, что он сошел с ума. Мы лишь доказываем, что его поведение предельно непрофессионально и безнравственно. Это тоже вариант "поехавшей крыши". Пожалуй даже более опасный для общества, чем простое сумасшествие. А все от того, что все время долбит “фундамент”.

Лужков взял себе в вице-мэры старого номенклатурного волка от КПСС — префекта Шанцева (политическая кличка "Павлиныч"). Видать, Лужков не хотел отстать от Ельцина, умудрившегося в период избирательной кампании восстановить в статусе государственного флага красное знамя (под видом "знамени Победы", которое, впрочем, является уникальным экземпляром и не подлежит размножению даже в условиях политического словоблудия). Не забыл Лужков и услуг коммунистической фракции Моссовета, которая все время его существования (1990–1993) занималась тихим саботажем сначала во главе с А.Брячихиным (ставшим префектом у Лужкова), а потом — во главе с В.Шанцеваым (тоже получившим пост префекта).

Гарантированное вице-мэрство Павлиныча по-видимому вызвало повышенный интерес к нему со стороны криминальных структур. В начале июня 1996 на него совершено покушение. Радиоуправляемое взрывное устройство попортило не только костюм, но и нашпиговало тело немолодого двойника Лужкова мелкими осколками. "Все эти выборы…", — промолвил с досадой «Павлиныч», очнувшись.

А выборы шли своим чередом. Покалеченный Шанцев оказался очень удобен. Лужков сразу выдумал байку про «левацкие» группировки, а его завхоз Шахновский, исполняющий то и дело обязанности политкомиссара, объявил журналистам, что все это «происки». Чьи происки — всем как будто было ясно. Но вот свидетельство о том, что Шахновский якобы в момент взрыва оказался на собственном балконе, став очевидцем покушения, заставляет сомневаться в ясности.

Господин Шахновский был в то время одним из членов избирательного штаба Ельцина. «Вхожесть» в такие круги достигается двумя факторами — этнической принадлежностью (которую в некоторых случаях подобные персонажи готовы сменять на пару судимостей) и умением подавать теннисные мячи. Вторым искусством Шахновский овладел вместе с другими "молодыми да ранними" на теннисном турнире для привилегированных проходимцев "Большая шляпа".

Когда же в московском метро прозвучал взрыв, унесший четыре жизни (кстати, среди фамилий раненных парадоксальным образом почти не оказалось русских фамилий), у Лужкова никаких сомнений не осталось — он заявил о связи взрыва с предвыборной ситуацией. Только кому этот взрыв был нужен? Уж не Ельцину ли с Лужковым? По крайней мере, никто другой никаких дивидендов от этого взрыва не получил.

Кто кого взорвал. (А.Краснов. Мысли вслух.)

Взрыв взрыву рознь. По политическим мотивам могут и персональное покушение заказать. Может быть, Зюганов в период выборов тоже мечтал, чтобы Тулеева “завалили”. Поэтому Ельцин берег Тулеева больше, чем собственную жену.

По поводу взрыва тела Шанцева — все вопросы к Лужкову. Другого заинтересованного в этом взрыве человека найти крайне трудно. Скорее всего, Шанцев это прекрасно понимает. У человека, которого взорвали, чувства обострены до предела, и от него трудно скрыть истину. Лужков тоже это понимает. Так и живут.

По поводу взрыва Лужков выразился привычным жаргоном, сказав, что в связи с возможным поражением у некоторых "очко играет". Здесь, правда, самым неравнодушным оказался именно Юрий Михайлович.

Об этом говорит хотя бы тот факт, что к вечеру того же дня Лужков истерически орал на митинге "Россия!!! Ельцин!!! Свобода!!!". Казалось, что он, срывая голос, старался, вымолить у истории пощаду, а у своего патрона — благосклонность. Он не понимал, что одно с другим не вяжется принципиально.

С этого момента любой криминал в стране приписывался коммунистам, "рвущимся к власти". Когда убили мэра Жуковского, глава подмосковной администрации Тяжлов тут же припаял этому делу политику. Хотя было известно, что новоизбранный мэр до того вел далеко не стерильную коммерческую деятельность.

Тем временем клуб любителей Лужкова, оккупировавший московские телевидение радовал жителей столицы байками о том, что Лужков в течение рабочего дня озабочен одной мечтой — отправиться домой и вымыть своих дочек. И невдомек «лужколюбам», что эту байку Лужков рассказал сам про себя несколько лет назад. За это время дочки, поди, выросли.

Другой довод, звучащий как одобрение, — о стабильности команды Лужкова. Оно и понятно. Старые номенклатурные связи, полученные еще в период борьбы за коммунизм, обязывают мэра и сегодня. Отсюда и вывод: коммунисты нам не угрожают, они нами правят.

На единственной пресс-конференции конкурентов Лужкова, показанной по телевидению, Александр Краснов назвал и мэра, и президента ворами. Краснов был бы полностью прав, если бы уточнил, что речь идет не о примитивных кражах, а о наглом разбойном казнокрадстве, производимом не глазах у равнодушной публики. И казнокрадство это — не стыдливое влезание в карман государству, а нахрапистое, с сознанием своей правоты растаскивание страны многолюдной шайкой.

Такого рода воровство можно сравнить с одним экспериментом, показанным по телевидению. На заполненной людьми остановке автобуса здоровый детина не скрываясь открывал сумочку зазевавшейся дамы, вынимал оттуда бумажник, прятал его в свой карман и спокойно удалялся. Скрытая камера запечатлевает реакцию окружающих. В единственном случае «вора» хватают за шиворот. В остальных вариантах окружающие после паузы изумления толчками «оживляют» зазевавшуюся даму, направляя ее в сторону «вора» — догоняй, мол, защищай свою собственность. Вот так и к расхищению казны относятся — догоняй, мол, ментошка, со своей дубинкой вон ту банду, что до зубов вооружена и только что банк грабанула.

Краснову заявить о воровстве позволил, по всей видимости, также тот факт, что на кандидатский счет Лужкова средства были перечислены городскими бюджетными организациями — департаментом строительства, Главснабом и Мостепло. Сумма перечисления составила 126,5 млн. рублей ("Сегодня" 14.06.96). Пролужковские журналисты, отговорились тем, что эти суммы выплачены вовсе не из бюджета, а из внебюджетных фондов. Нам же остается только добавить, что внебюджетные фонды как раз и стали с 1992 года основным инструментом чиновничьего воровства, ибо наполнялись, как и бюджет, из карманов москвичей, а растрачивались бесконтрольно и в интересах бюрократии.

Мы добавим к этому еще и премию в 100.000 $, которую Лужкову вручила подставная фирма, созданная, видать, именно для того, чтобы провести конкурс "Мэр России — 95" и обеспечить в конкурсе победу московскому мэру. К кругленькой сумме прибавили еще и золотого болвана — символ, напоминающий золотого тельца, которому поклоняется московское чиновничество и ворье всех оттенков.

К растратам Лужкова можно отнести и 85 млн. рублей, потраченных для рассылки писем молодым избирателям. Но это траты только на конверты. Еще пришлось задействовать базу данных спецслужб, которая давала возможность обратиться к каждому по имени и отчеству. Ну а Ельцин тем же макаром рассылал открытки ветеранам и пенсионерам, давно забывшим уважительное отношение к себе. Сердца этих людей на минуту растаяли, и они поплелись голосовать за Ельцина. Наутро, разумеется, болела голова, а в душе оставался привкус предательства.

В период выборов Москву увешали плакатами "Москва свой выбор сделала", на которой Ельцин и Лужков пожимают друг другу руки. Стоимость плаката оценивается примерно в 1000$, стоимость аренды рекламного столба на месяц — примерно во столько же. Несколько тысяч плакатов по Москве дали рекламный эффект на миллионы долларов. Откуда такие деньги в разграбленной стране?!

Феодалы проводят выборы (А.Краснов. Мысли вслух.)

Выборы 1990 года были проведены без давления денежных мешков, без информационных кампаний. Все дальнейшие выборы не носили характера свободных выборов.

Первые выборы президента РФ и мэра Москвы были объявлены таким образом, что срок для агитации был всего две недели. Это теперь всем понятно, в результате отсутствуют равные условия для кандидатов.

Потом была история с блокадой выборов после того, как Попов ушел со своего поста, а Лужков противозаконно воссел на его место. Финансирование выборов, объявленных Моссоветом, было пережато Лужковым, которому помогали бюрократы российского уровня.

Я тогда, в 1993 все имеющиеся ресурсы пускал на то, чтобы выборы состоялись, чтобы создавалась иллюзия, что предвыборная агитация уже покатилась. Цель была не выиграть на этих выборах, хотя я был все-таки сравнимой величиной рядом с Лужковым — я мог бодаться с ним, по крайней мере, в области информационных ресурсов. Главное, что сам Лужков эти выборы тогда не выиграл бы. Поэтому и заблокировал их.

Потом вообще равных выборов не было. Даже по тиражам собственных деклараций. Полностью равенства быть не может, поскольку разнятся индивидуальные способности, да и невозможно полностью проконтролировать использование средств на избирательную кампанию. Но когда официально созданы такие условия, при которых один вкладывает в выборы сотни миллионов долларов неконтролируемых денег, а остальные не обладают даже сотой частью финансирования и информационных ресурсов фаворита, то это не выборы, это имитация — киношная показуха.

У Лужкова были тысячи качественных плакатов по всей Москве, масса скрытой и прямой рекламы по центральному телевидению. Среди кандидатов в мэры только у Лужкова была возможность за последние три года потратить порядка 100 млн. долларов на создание своего имиджа. А все, что дали в 1996 сделать за счет избирательной комиссии мне — это десятиминутная передача по кабельному телевидению, которое смотрит ничтожная часть населения, да крохотная публикация в газете типа “Экстра-М”, которая вышла уже после того, как выборы состоялись.

Выборы — это процедура с соблюдением правил равноправной конкуренции. Поэтому настоящих выборов мэра у нас не было.

Киношность выборов мэра в 1996 была во всем — привлечение каких-то актерских шутов, театральных паяцев, деятелей культуры, концерты на Красной площади… Никакого разговора по существу просто не было. Конкуренция по поводу того, кто громче крикнет! Я этих выборов, их результатов не признаю.

Зюганов здорово просчитался, когда признал итоги президентских выборов. Он мог бы сказать: “В этих виртуальных выборах, выдуманных под Ельцина, выиграл тот, кто был записан в победители по сценарию. В реальности были не выборы, а имитация, кино про выборы с заранее известным финалом.”

Если из Дома правительства выносят коробку с полумиллионом баксов, ясно, что это не основная касса выборов. Ясно, что эти деньги ни в какие легальные фонды не лезут, ясно, что это деньги беззаконные. Это даже хуже, чем если бы эти деньги были просто украдены из бюджета. Ведь если они внебюджетные, то кто-то получил приличные льготы, чтобы освободить их от контроля, а значит, немалую часть оставил для себя. То есть, бюджет пострадал еще больше, чем от прямого воровства! Уотергейт — смехотворная вещь по сравнению с этим полумиллионом долларов, который таскали туда-сюда.

Больше всего на выборы воздействовали нетематические передачи, к которым больше всего доверия и которые больше всего смотрят. Например, идет сюжет “Пожар в Хабаровске!”. Дают комментарий: “Скорее всего, это зажгли коммунисты, но смелые пожарники ликвидировали опасность и сказали, что все равно проголосуют за Ельцина.” Или сюжет: “Мы с удивлением выяснили, что сторонник Зюганова изнасиловал женщину, а тот, кто его задержал, сказал, что он за Борис-Николаича”.

Я не люблю коммунистов, но изображать, что у них рога, копыта и кровью налитые глаза, а “Ельцин такой молодой и юный — как Гайдар, что шагает впереди” — это не из правил демократических выборов. Подобные выборы в мире никому не нужны. Это пустая трата денег. Лучше просто их сэкономить и объявить пожизненное правление тех, кто сегодня у власти!

В феодальном обществе вообще не может быть выборов. Это просто праздник под названием: “Смотрите как вы все сейчас дружно за меня проголосуете”. Выкатывают бочку вина на площадь и спрашивают: “Кого сегодня будем выкликивать нашим царем?”. Ну конечно нашего князюшку!

От феодализма эта система отличается только тем, что сотовые телефоны появились.

Как уже говорилось, в своей избирательной кампании Лужков использовал "метод паровоза". Плакаты, сделанные совместно, шли за счет избирательной компании его патрона или вовсе за счет бюджетных средств на наглядную агитацию. Остальным кандидатам пришлось довольствоваться дыркой от бублика и рукавами от жилетки. Городская избирательная комиссия (опять же контролируемая Лужковым) не дала кандидатам в мэры ни гроша. Ну а накоплений конкурентов Лужкова не хватило бы, чтобы покрыть даже 1 % тех возможностей, которые задействовал для саморекламы Лужков.

* * *

Итоги выборов 1996 г. известны. Но многим неизвестно, что подтасовки на выборах не только были, но и носили определяющий характер.

Прямых свидетельств мы не имеем и не собираемся их придумывать. Их и не может быть. Цена таких свидетельств куда больше цены жизни или чести людей, которые могли ими обладать. Мы имеем только косвенные свидетельства.

Первое косвенное свидетельство о массовых подтасовках состоит в том, что в ряде регионов процент голосов, поданных за Зюганова, упал во втором туре по сравнению с первым. Локальное проявление этой закономерности и специфичность регионов, в которых она проявилась (Татарстан, Дагестан и т. п.) чрезвычайно подозрительна. Тем более, что электорат Зюганова очень дисциплинирован и устойчив, а между турами не случалось ничего сверхординарного, что заставило бы зюгановцев, уже участвовавших в первом туре голосования, остаться равнодушными к исходу второго тура. Общая недостача голосов составила здесь более 500 тысяч.

Второе косвенное свидетельство связано с тем, что пополнение электоральной базы Ельцина могло происходить в основном за счет "третей силы" — голосов Лебедя, Явлинского и Федорова. В ряде регионов этот потенциал был подозрительно перекрыт прибавкой голосов за Ельцина. При том, что явка на избирательные участки не только не возросла, но даже немного упала, общее превышение разумной цифры составило более 700 тыс.

Наконец, третье, самое существенное свидетельство. Оно основано на не раз звучавшем предположении аналитиков (в том числе и президентских), что увеличение явки на избирательные участки дает Ельцину дополнительные голоса. Если же построить зависимость прибавки голосов "за Ельцина" от первого ко второму туру выборов от прибавки активности избирателей, то прибавка голосов “за Ельцина” от первого ко второму туру в регионах России происходила практически вне зависимости от явки избирателей. Это противоречит рациональному тезису о том, что повышение явки связано с активизацией достаточно благополучных слоев общества, которые более склонны к сохранению сложившегося положения. Смущает также и резкое повышение числа голосующих в ряде регионов.

Для тех, что считает подтасовки в процессе выборов трудно осуществимой операцией, отметим, что нет ничего проще, чем просто подделать протоколы избирательных комиссий субъектов федерации. Для этого придется задействовать в операцию не более тысячи человек. А то и просто заменить одну компьютерную дискету на другую.

О том, что именно такой способ подтасовки имел место, говорят свидетельства очевидцев, наблюдавших за процедурой передачи документов избирательной кампании. Участковые избирательные комиссии заставляли предоставлять в окружные комиссии незаполненные копии протоколов с подписями членов комиссий и печатями, далее вся схема корректировалась в соответствии с теми «нормами» подтасовки, которые были спущены «сверху» — вот и все.

В данном случае известная сталинская фраза "неважно как голосуют, важно кто подсчитывает голоса" получила в технологии «демократов» новое воплощение "неважно как голосуют, важно кто предъявляет результаты голосования". Считать могут кто угодно и как угодно.

Но дело не только в подтасовке, которая, скорее всего, носила лишь страховочный характер и предполагала гарантированный перевес в 10–15 %. Дело еще и в технологии оболванивания масс и обрубании перспектив для соперников.

Стратегия борьбы за высший государственный пост со стороны команды Ельцина оказалась чрезвычайно эффективной. Без этого надуть тщедушный рейтинг в 6 % было совершенно невозможно.

Как это делалось?

Во-первых, на ранней стадии был снят с дистанции Черномырдин, олицетворявший собой устойчивость власти и опыт хозяйственного и государственного руководства. В результате в лидирующей группе кандидатов Ельцин остался единственным обладателем этих признаков, как бы присвоив себе политический капитал блока "Наш дом…".

Во-вторых, команде Ельцина удалось блокировать Явлинского, который и сам успешно проваливал свою избирательную кампанию неудачными клипами и слабо аргументированными нападками на власть.

В-третьих, в процессе избирательной кампании наиболее удачным образом был разыгран двуполюсный вариант политической интриги, чрезвычайно выгодный для именно для Ельцина. Как мы уже отмечали, избирателям был предложен рациональный мотив поддержки Ельцина, связанный с защитой от бессистемной мести коммунистов и связанной с этим общей нестабильностью. Зюганов фактически подыграл кампании Ельцина, пытаясь выставить себя миротворцем и все время оправдываясь.

В-четвертых, Ельцину удалось создать образ объединителя, перехватив объединительную инициативу у Зюганова. Скажем более, Зюганов просто опоздал со своими инициативами коалиционного правительства, вполне возможными еще в январе-марте 1996. Стратеги КПРФ, находясь под влиянием результатов парламентских выборов, просто не оценили фигуру А.Лебедя.

В действиях команды Зюганова легко распознавалось и желание прикрыть доминирование КПРФ мифом о народно-патриотическом блоке. В таком блоке заметно эффективнее Зюганова мог бы выполнить роль лидера даже аутсайдер президентской гонки олимпийский герой Юрий Власов.

Как и в некоторых спортивных состязаниях, для команды Зюганова сложилась ситуация, в которой ему была бы присуждена только «чистая» победа. Для этого требовался определенный риск, непрерывный "прессинг по всему полю", на который у КПРФ духа не хватило. В команде Ельцина, наоборот, разумный риск присутствовал и приносил дополнительные очки. В целом команда Ельцина чутко уловила перелом в настроении электората, желавшего уже не политических рисков, а стабильности вплоть до контрреформ.

На выборах победила не идеология (программы кандидатов в президенты, как отмечалось многими, были чрезвычайно близки), а технология. Наполовину она была обеспечена раскручиванием невероятной кампании "промывания мозгов", на которую ухнули по разным оценкам от 20 до 30 трлн. рублей. Вторую половину обеспечили прямые подтасовки в ходе выборов. В итоге народ опять надули.

Беда обманутого народа еще и в другом — в повальной политической проституции всех, на кого этот самый народ мог рассчитывать. На этот счет известный «демок» Л.Радзиховский с поразительным бесстыдством писал: "…я сам одним из первых и вполне откровенно сказал — нет-нет, надо срочно "ложиться под власть", деваться некуда. А если в процессе этой работы удалось подмолотить деньжат, да еще постонать от наслаждения — так это замечательно, можно лишь поздравить! И те, кто морщат носы, — они-то и есть фригидные завистники" ("Огонек", № 28, 1996).