Вампиры и вампирши

Вампиры и вампирши

Равнодушие к смерти у основной массы населения современной России и чесоточное стремление к смерти у значительной части “образованцев” дополняется еще и всеобщим оправданием всякого рода изуверств.

В 1993 году российская общественность достаточно равнодушно восприняла информацию о том, что столичные медики торгуют человеческими органами, вывозя их за рубеж. Много лет пытался привлечь внимание к изуверскому обращению к пострадавшим в катастрофах людям бывший депутат Моссовета А.Мироненко (см. развернутую статью в “Новой газете” № 22, 1996). Тщетно. Даже православная общественность обратила внимание на эту проблему только в 1997 году.

Примерно та же реакция была и на леденящие душу кадры в программе “600 секунд”, где демонстрировали изувера, хранящего в морозильнике младенческие трупы.

Столь же вялая реакция общественности последовала и в начале 1996 года на демонстрацию фильма об изготовлении медицинских препаратов из расчлененных недоношенных младенцев в московском Международном институте биологической медицины.

Как стало известно из материалов, переданных российским тележурналистом немецкой кампании “Шпигель-ТВ”, этот институт ведет чудовищные операции, вынуждая женщин на стимулированные роды за два месяца до нормального срока, превращающие вполне сформировавшихся новорожденных в “биоматериал”. “Биоматериал” шевелит ручками и ножками, но его заворачивают в полиэтилен и заталкивают в морозильник. При этом у женщин берут письменное согласие на расчленение рожденных ими детей.

Вместо того, чтобы сразу арестовать вампиров в белых халатах, государственные органы выжидают нашей с вами реакции. Пока адекватная реакция запаздывает, вампиры и вампирши организуют специальную коллегию Министерства здравоохранения, которая сразу объявляет, что не позволит дискредитировать отечественную медицину. И действительно не позволяет. Только вместо медицины защищены у нас оказываются именно вампиры.

Вспоминаются эксперименты над людьми в фашистской Германии, тоже направленные на то, чтобы за счет людоедства обеспечить выживание тем, кто служит людоедам. Вспоминаются и опубликованные ранее показания очевидцев, наблюдавших за тем, как разбирали на “запчасти” живого человека в японской секретной лаборатории времен войны. Здесь человека перед разборкой “гуманно” усыпляли наркозом.

Наши “гуманисты”, подучившиеся у “демократов”, открыли способ объявить богоугодным делом самое гнусное преступление, которое только можно измыслить.

Они объявляют, что ловят сачком трупы младенцев перед мусорным ведром. Если бы им было выгодно, то они размахивали сачком и перед крематорием. Им нет дела до очевидных аналогий собственной деятельности с самыми изуверскими экспериментами инквизиторов и гестаповских садистов. Правящему режиму тоже нет дела до царящего в медицине воровства и беспредельной бесчеловечности. Ворон ворону глаза не выклюет. Эти падальщики слетелись на разлагающееся тело нашей страны, пищи хватает всем…

Тут есть еще одна сторона дела. Вампиры пользуются тяжелым социальным положением в стране и распадом нравственности. Два этих фактора вместе позволяют находить женщин, готовых за плату совершить детоубийство. Медики-вампиры привлекают к сотрудничеству нравственно нестойких или вконец разложившихся людей, считающих возможным зарабатывать деньги, продавая душу дьяволу.

Как и всякая другая гнусность, медицинский вампиризм привлекает иностранных проходимцев. Там их преступная деятельность по временному омолаживанию организма за счет эмбриональных тканей запрещена. Только в России и Китае можно заниматься такой изуверской практикой. Но если в Китае живет такое количество населения, что лишь нравственный аспект должен останавливать чудовищное надругательство над человеком, то в России другая ситуация. В вымирающей стране, в условиях демографической катастрофы убиение младенцев — двойное преступление. Это преступление медиков и правителей, это преступный союз между ними.

Вопрос в том, до каких пор все мы — люди далекие от особых клиник, дорогостоящих лекарств, правительственной системы — будем терпеть надругательство над нашим миром? Сколько нам терпеть речи о нравственности, исторгаемые помойными ямами их ртов?

Расчеты Менделеева и других великих умов прошлого столетия показали, что к концу нашего века в России должно жить полмиллиона русских. Куда делись 350 миллионов? Такую потерю ни войнами, ни репрессиями не объяснить. Объяснить ее можно такими цифрами. В России на 1000 женщин приходится 76 абортов (в Голландии, например, только 5). За год совершается 3 млн. абортов. Это же война с собственным будущим!

Мы не говорим о том, что одной из первых акций парламентской демократии в России была отмена налога на бездетность. Теперь расплачиваемся тем, что ежегодно численность русских сокращается на миллион человек. (Кстати сказать, средняя продолжительность жизни в Москве на 7 лет меньше, чем по России.) Конца-края этому процессу не видно. Поэтому в будущем веке мы будем своей малочисленностью провоцировать алчные замыслы тех, кто сильнее нас.

Если уж русские решили вымирать окончательно, то, может быть, и вовсе перестать плодить потомство, которому в будущем ничего не светит? По-видимому, именно на это и рассчитывает наша продажная номенклатура. Это было бы для нее лучшим свидетельством могущества вроде взрыва нейтронной бомбы — населения нет, а материальные ценности присваиваются кучкой негодяев.

В ту же сторону действуют и всякие подлые организации, завезенные к нам вместе с порнографией и СПИДом. Главная из них — Российская ассоциация планирования семьи. РАПС — организация, порожденная аналогичной организацией, название которой в буквальном переводе несет несколько более откровенный смысл — Международная федерация ограниченного родительства.

На деятельность РАПС из бюджета были выделены немалые средства, чтобы разрабатывать программы снижения рождаемости. Они добились своего, а некая мадам Прилепская, президент Российского общества по контрацепции на юбилейной конференции РАПС так и сказала: “Призывающие повысить рождаемость в России забывают о проблеме перенаселения в мировом масштабе. Нам не нужен прирост. Нам нужны здоровые дети”. Гендиректор РАПС Гребешева и вовсе объявила о необходимости принудительной стерилизации безработных. Под эти бредни правительство выделило деньги на создание 200 центров “планирования семьи” по всей стране (программа “Планирование семьи” — часть ельцинской программы “Дети России”). Это вдобавок к 52 филиалам РАПС и 43 филиалам общества по контрацепции.

Всю эту мразь пригрела под своим крылом лидер липового движения “Женщины России” Е.Лахова, насобачившаяся с необычайно легкостью рассуждать с телеэкрана о проблемах контрацепции и половом воспитании и стремящаяся оседлать нездоровое стремление некоторых эмансипированных персон делить политиков на партии по половому признаку. Именно она стала главным “толкачом” законопроекта “О репродуктивных правах граждан”, долженствующем развернуть широкомасштабное наступление на деторождение и пропаганду абортов.

Под покровительством Лаховой в рамках “Планирования семьи” разрабатывались программы полового воспитания, которые можно расценить только как попытку растления подрастающего поколения. Подросткам предлагалась информация о гомосексуалистах, некрофилах, проституции, о пользе мастурбации, эротическом фетишизме и т. п. Заказав такого рода программы, Министерство образования разослало их в школы. Кое-где все это безобразие начали внедрять с первоклашек, а Институт социологии РАН разработал для малолетних специальные анкеты со 150 чудовищными вопросами на тему “Что ты знаешь о сексе?”. Когда общественность подняла шум, руководство института прикинулось, будто оно тут не при чем.

В ноябре 1997 г. РАПС провела акцию-тест: открытие секс-трамвая, который должен был курсировать по Москве и обучать старшеклассников “безопасному сексу”. Лужковская номенклатура, зная слабость московского мэра к мадам Лаховой (она лично участвовала в акции) даже сняли с занятий учащихся ПТУ — чтобы обеспечить массовость.

К счастью тест показал относительную устойчивость москвичей к лозунгу “Долой стыд!”. Прохожие остановили лаховский трамвай, а кто-то баллончиком с краской начертал на нем слово “бордель”. От разгрома бордель спасли лужковские менты (“Русский вестник”, № 1–2, 2000).

РАПС — звено агентурной сети борцов с родом человеческим. Именно они записывают в программу ЮНЕСКО “Здоровье и образование” бесстыдные строки, которых говорится о необходимости “все мировые ценности объединить в одну, чтобы православный, католик, буддист или кришнаит распространяли средства контрацепции и обучали их применению”. Именно с их подачи президент США Клинтон выражает удовлетворение тем, что Америка помогает “женщинам во всем мире предупреждать миллионы незапланированных беременностей”, проявляя “заботу о самых бедных семьях на планете”.

Нам надо не упустить тот факт, что Лахова оказалась близкой соратницей Лужкова по “Отечеству”, разрабатывала часть программы этого малоприличного движения по проблемам семьи. На заседании программной комиссии “Отечества” Лахова приняла как оскорбление утверждение, что русских в России более 80 %. Она полагала, что уже умертвила с помощью своих “технологий” достаточно русских младенцев, чтобы русские не поминали о своей роли в создании России.

Вполне в том же духе отвратительного цинизма действовала и семья Ельцина. Огромные деньги выбрасывались лишь ради того, чтобы “первая леди” перерезала очередную красную ленточку и сказала несколько банальностей в телекамеру.

Например, в Москве был открыт первый хоспис — заведение для неизлечимых раковых больных. На этот последний приют, рассчитанный на 25 персон, было потрачено 9 млрд. рублей. при этом на одного больного должны были расходовать 1.5 млн. рублей, а зарплата рядовых сотрудников должна была составлять где-то 200 тыс. рублей. Очевидно, что здесь “проводы в последний путь” организовывались для неслучайных клиентов и за счет тех, кому помощь необходима для продолжения жизни. Предельно лживо прозвучали слова, что пребывание здесь не будет привилегией избранных.

Вампиризм — общий признак и кремлевской, и московской власти, порожденной в эпоху “демократических бурь”. Он проявляется не только в физическом издевательстве над плотью, но и в издевательстве над душой. Доказательство тому — московские учебники, которые начали снабжаться жутковатой иллюстрацией — осклабленной физиономией Лужкова, выполненной в красно-желтых тонах, а также разного рода реверансами в адрес московского мэра. В одном из предисловий можно увидеть две фамилии — Лужкова и Лермонтова. А на уроках учителям предложено задавать детям вопрос: “Заботится ли Лужков о москвичах?” и требовать “правильного” ответа — как во времена советского патриотизма требовали от неокрепших душ выражения признательности партии и правительству.