ВОЙНА ТОЛЬКО НАЧАЛАСЬ Российские эксперты об итогах конфликта в Южной Осетии

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ВОЙНА ТОЛЬКО НАЧАЛАСЬ Российские эксперты об итогах конфликта в Южной Осетии

Издательский дом "Комсомольская правда" выступил инициатором и организатором "круглого стола": "Война в Южной Осетии: что дальше? Влияние произошедших событий на ситуацию в других зонах замороженных конфликтов". Предлагаем вниманию наших читателей некоторые наиболее интересные моменты из выступлений участников (по расшифровке аудиозаписи).

СЕРГЕЙ МАРКОВ, ДЕПУТАТ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ДУМЫ РФ.

Мне представляется, что механизм развития конфликта был двойным. Прежде всего — это действия Саакашвили, попытки силой присоединить себе Южную Осетию. Второй механизм — здесь решали свои задачи Соединенные Штаты Америки. Еще точнее сказать — не США, а нынешняя администрация. Еще точнее сказать, группировка внутри администрации, известная, как неоконсерваторы, "неоконы", которые рассчитывают пересесть из администрации Джорджа Буша-младшего прямиком в администрацию Джона Маккейна. Для того, чтобы взорвать президентскую избирательную кампанию, ими и была предложена такая модель имитации новой "холодной войны" с Россией. Реакция России показала, во-первых, что существует "красная линия", за которую Россия не готова уходить. Эту "красную линию" четко обозначил Владимир Путин: мы не позволим убивать российских граждан. Кроме того, были проявлены политическая воля и готовность к конфликту. До этого Россия много говорила о суверенной демократии. Но здесь она впервые действовала как суверенная демократия. И тем самым стала новым фактором мировой политики, с которым все будут вынуждены считаться. Именно об этом и говорил Евросоюз вчера. Вы думаете, он про санкции говорил? Да всем ясно было, что эти санкции невозможны. Он говорил о том, что представляет собой новая геополитическая реальность.

Конечно, на этом фоне просто поразительна поддержка Западом военного преступника Саакашвили, которая до сих пор осуществляется на наших глазах. Евросоюзу нужно было обсуждать не санкции против России, а санкции против военного преступника Саакашвили. Он должен быть арестован немедленно и направлен под суд. Международный суд. Ничего этого не произошло. Налицо тотальная информационная война, прямая ложь, фальсификации. Западные СМИ ведут себя так, как будто их страны уже объявили России войну. Поэтому никакие апелляции к Западу в России на протяжении еще долгого времени не будут работать. Потому что Запад потерял не только моральное лидерство, но и моральный авторитет для России, а также для многих постсоветских (и не только постсоветских) государств. Этот конфликт показал, что пока внешнюю политику Вашингтона определяет группировка "неоконов" во главе с Диком Чейни, США постоянно путают интересы мировой безопасности, которые они должны отстаивать, как глобальный лидер мира, со своими собственными эгоистическими интересами. В результате мы видим США очень своеобразным лидером, который вот-вот может стать главным изгоем мировой политики. С одной стороны, у Америки сегодня — огромное количество союзников, а с другой — она в полной изоляции. Вот Турция считается твердым союзником США. Но турецкий антиамериканизм — самый сильный в мире. И во всех странах так: правительства говорят о союзнических отношениях с Вашингтоном, а среди населения антиамериканизм просто зашкаливает. В результате получается очень неустойчивое и ненадежное лидерство. Евросоюз расколот между "европейской" старой Европой и "американской" новой Европой. И по причине этого раскола, а также потому, что отвык, находясь полвека под американским зонтиком, от самостоятельности, не готов ни к каким действиям.

Но этот кризис показал, что никакого мирового порядка в мире нет и не будет, а роль силы, "права силы" будет только возрастать. После того, как нынешняя волна эмоций схлынет, конечно, нужно будет проводить предложенную президентом России Дмитрием Медведевым общеевропейскую, а еще лучше — всемирную конференцию по вопросам безопасности. Чтобы хоть какие-то шаги сделать по направлению к мировому порядку. Потому что угрозы "холодной войны", о которой сейчас много говорят, на мой взгляд, не существует, поскольку для неё нет никакой объективной основы. Нет двух мощных противостоящих блоков, нет разницы идеологий, и в Кремле сидят, скорее, миллиардеры, чем коммунисты. И у России нет претензий на мировую гегемонию. Поэтому платформы для какого-то большого столкновения нет. Ситуация напоминает 1913-1914 годы прошлого века, когда, напомню, никто не хотел мировой войны, однако она случилась из-за того, что великие державы не смогли поделить свои сферы интересов в маленьких регионах — прежде всего, на Балканах.

И вот такая угроза нового регионального конфликта, чреватого перерастанием в большую войну, существует. Прежде всего, это, конечно, Украина. Там два базовых противоречия. Первое — страна расколота между западом, на котором проживает примерно треть населения, с одной стороны, и югом-востоком, на котором проживает две трети населения, с другой стороны. Кроме того, как и везде, существует огромное разделение между проамериканской политикой властей, особенно президента Украины, и антиамериканской позицией подавляющего большинства населения. По таким ключевым вопросам, как НАТО, единое экономическое пространство с Россией, статус русского языка как второго официального, отношения с Россией. По большому счету, народ Украины считает, что Россия — это друг и брат, а президент Украины считает, что Россия — главный враг. И такое базовое противоречие может взорвать страну в любой момент. Уже сегодня там налицо очень серьезная дестабилизация.

Мы, например, давно запланировали провести в Киеве конференцию для обсуждения ряда исторических проблем, существующих в российско-украинских отношениях. Она должна состояться в эту пятницу. Так дело дошло до того, что президент Украины лично дал службе безопасности Украины указание сорвать эту конференцию, обвиняя её участников в сотрудничестве с российской разведкой. А у нас главный докладчик — Рой Медведев. Это диссидент, очень пожилой человек, живой классик современной исторической науки. Но заместитель главы секретариата президента чуть ли не лично звонил в гостиницы, чтобы нашим участникам не давали возможности поселиться. Это что, сюрреализм какой-то? Нет, это показатель того, что вся Украина сегодня стоит на пороге нового масштабного политического кризиса.

И если он состоится, вот тогда возможен настоящий конфликт между Россией и Западом. Сегодня из-за Грузии и Южной Осетии никто ссориться не будет. Потому что независимость Абхазии и Южной Осетии, конечно, никаким коренным интересам Запада не угрожает. Что их волнует? Их волнует, чтобы Россия не становилась милитаризованной страной. А здесь наше руководство посылает четкий сигнал, что этого не состоится. И второе — их волнует, что Россия не действовала на всем постсоветском пространстве по южноосетинской модели. И мы можем дать гарантию, что ни Приднестровье, ни Крым, ни Закарпатскую Русь никто "откалывать" от Молдавии или Украины не будет.

Но провокационные действия нынешнего украинского или грузинского руководства вполне могут привести к вспышке "горячей войны". Мы знаем, что сейчас проигрываются сценарии такого типа: что произойдет, если грузинская ракета потопит российский военный корабль, чья радиолокационная система в это время будет подавлена системой "Авакс" или другими натовскими кораблями, которые находятся в регионе. С одной стороны, вроде грузинская ракета потопит, а с другой стороны, подавление навигационных систем обнаружения — это прямое участие в боевых действиях. Такого рода провокации крайне нужны "неоконам" для того, чтобы выиграть президентские выборы в США, поскольку Маккейн уступает Обаме по всем пунктам, кроме одного: кто будет лучшим главнокомандующим вооруженными силами. Здесь Маккейн выигрывает у Обамы со счетом 55% на 24%. То есть интерес "неоконов" — поджигать здесь маленькие конфликты и имитировать "холодную войну" с Россией. А интерес европейской Европы — мир и сотрудничество на европейском континенте, и это общий с Россией интерес.

АЛЕКСАНДР ДУГИН, ФИЛОСОФ, ЛИДЕР МЕЖДУНАРОДНОГО ЕВРАЗИЙСКОГО ДВИЖЕНИЯ.

Я хотел бы рассмотреть ситуацию с несколько иных позиций.

Первый тезис: война не закончена. Те люди, которые разожгли эту войну, еще находятся у власти, они не смещены и не переданы международному трибуналу. Международное общественное мнение демонстрирует двойные стандарты. Пока Саакашвили, который несет ответственность за геноцид мирного населения, за убийства российских миротворцев, жив-здоров, свободен и возглавляет грузинское государство, война не закончена. Тем более, в нее втягиваются силы НАТО. И поэтому всех, кто решил уже перевести дыхание и спокойно отпраздновать победу, к сожалению, должен огорчить: рано, война только начинается.

Россия не сдаст назад. Потому что и в руководстве, и в народе есть абсолютная моральная уверенность в нашей правоте. И Америка тоже не сдаст назад, поскольку в Южной Осетии мы дали пощечину её претензиям на мировое господство. Соответственно, ситуация будет накаляться и в самой Грузии, где наши войска, давайте называть вещи своими именами, контролируют не только Южную Осетию и Абхазию, а гораздо более широкое пространство. И, конечно, нам попытаются дать ответ через Украину, где уже не раз проходили попытки Ющенко отключить электричество на базе Черноморского флота. А это означает фактически вступление в военные действия против Россией уже со стороны Киева. И мы сейчас видим асимметричный ответ на Северном Кавказе. То, что сейчас происходит в Ингушетии. В Нальчике были несколько дней назад серьезные столкновения с джамаатами, которые чуть ли не пытались захватить этот город. То есть мы видим, что Америка, по своей логике ведения "сетевых" войн, перебрасывает проблему за границы Грузии, с Южного Кавказа на Северный. И совершенно очевидно, что всё это так просто не рассосется. Эскалация будет нарастать — как минимум, до президентских выборов в США, а может быть, и после них. Мы знаем, что Маккейн уже заговорил о признании Чечни. Выглядит смешно, но за этим может последовать включение всех сетевых структур, которые Америка планомерно развертывала на Северном Кавказе: через гуманитарные фонды, через мониторинг конфликтов, через другие системы. И эта сетевая война будет развертываться против нас — в том числе, и на нашей территории. Ко всему этому надо быть готовым.

Тезис второй. Двухполярный мир распался, и в 1991 году американцы стали строить однополярный мир. Мы уходили — они приходили. И не обращали никакого внимания на разговоры о необходимости многополярного мира. Потому что эти слова не были подкреплены делом. 8 августа 2008 года, после решения нашего руководства ввести войска в Южную Осетию, а затем и в Грузию, ситуация принципиально изменилась. Возникла уже реальная, а не потенциальная, не виртуальная модель двух мировых клубов. В одном из них — сторонники однополярного мира, которые будут продолжать настаивать на своем. Это, кстати, не только неоконсерваторы, но и представители более "мягких" структур. Мы знаем, что советник Обамы по России — Збигнев Бжезинский. Его сверхзадача — расчленить Россию, чего он даже не скрывает. Это один из самых яростных русофобов. Так что не надо строить иллюзий относительно демократической партии США. И демократы, и республиканцы будут проводить стратегию строительства однополярного мира — пусть даже разными средствами. И если мы не сорвем строительство однополярного мира, он будет строиться и дальше — за наш счет.

Как сказал некогда Карл Шмидт, политика становится возможной там, где есть друзья и враги. После 8 августа Россия получила настоящего открытого врага в лице США и их союзников. То есть настоящие враги у нас есть, а настоящих друзей пока нет. Всё, что мы делали на постсоветском пространстве, все разговоры о Союзном государстве с Белоруссией, о ЕврАзЭС, ШОС с Китаем, с ОДКБ, — всё это в критический момент не сработало. Но не надо бросать эту вещь — напротив, сейчас нам надо активно искать и создавать себе друзей.

Ведь Европа и весь мир вовсе не так поддержали Америку, как хотелось бы Америке. И значит, предпосылки создания "многополярного клуба" как противовеса "однополярному" существуют. И самая главная задача для России, на мой взгляд, — реально формировать этот "многополярный клуб", вовлекая в него великие и малые державы, которые не приемлют американской однополярности. И признание независимости Южной Осетии и Абхазии — самый простой "входной билет" в этот клуб.

То есть налицо противостояние уже не двух сверхдержав: США и СССР, уже не двух сверхидеологий: либеральной демократии и социализма, а двух реальных моделей мироустройства: "однополярности" и "многополярности".

Поэтому хватит причитать о недопустимости "двойных стандартов" — они теперь станут повсеместной практикой. Все разговоры о том, что кончилась эпоха интересов и началась эпоха ценностей, можно просто выбросить в корзину. Сейчас будут работать два главных "двойных стандарта". Первый — стандарт "однополярного мира", в котором Америка и ее друзья всегда будут добром, а все их враги — злом. И второй — стандарт "многополярного мира", в котором всё будет ровно наоборот. И давайте — на войне как на войне — называть вещи своими именами.

Это касается и таких основополагающих принципов, как принцип территориальной целостности государств и права наций на самоопределение. Теперь связанные с этим геополитические проблемы по всему миру будут рассматриваться только так. Самоопределение Косово в ущерб Сербии — выгодно американцам, а мы будем против. Самоопределение Южной Осетии и Абхазии в ущерб Грузии выгодно нам, зато американцы будут против. И так далее.

Но самое главное — внутриполитический аспект этого перехода. Теперь должны пойти процессы маргинализации той прослойки, которая служила в России проводником американских ценностей и интересов, выдаваемых за "общечеловеческие". Они сейчас попали между молотом и наковальней. Им придется или переприсягнуть новой России — с угрозой лишиться тех активов и недвижимости, которые находятся на Западе, или демонстрировать лояльность Западу, бросив вызов нашему президенту, премьеру, нашей стране и всему народу. Я думаю, в последнем случае их судьба будет незавидна. И свободной камерой рядом с Ходорковским дело может не ограничиться. Так что, образно говоря, тому же Михаилу Прохорову надо не королевские виллы на Лазурном берегу покупать, а надевать защитную форму и начинать разбирать развалины Цхинвала.

ДМИТРИЙ СТАРОСТИН, ЖУРНАЛИСТ.

Должен сказать, что многие грузинские политики — даже из числа противников Саакашвили — тоже были сторонниками силового сценария в отношении Абхазии и Южной Осетии. То есть с точки зрения любого грузинского патриота эти территории нужно было забирать обратно. Ведь та же Южная Осетия находится менее чем в 100 километрах от столицы Грузии. Поэтому по телеканалу "Сакартвела", который фактически принадлежит министерству обороны Грузии, его можно принимать в любом грузинском доме, — постоянно шли ролики с военной техникой, с полицейскими машинами даже почему-то, с марширующими куда-то войсками. Ролики с Михаилом Саакашвили, принимающим военный парад. Очень трогательный ролик был с песней о возвращении грузин в Абхазию, о восстановлении грузинского суверенитета над Абхазией, его крутили постоянно по всем каналам. Это к вопросу о том, какую цену иногда приходится платить, может быть, за изначально искренние патриотические порывы.

Теперь о Западе. Там далеко не все были загипнотизированы версией, что Россия — агрессор, а Грузия — малое демократическое государство, жертва этой агрессии. Если вы помните ролик с осетинской девочкой и её тётей, которые оказались в Цхинвале во время войны, то он вошел в первую пятерку по просмотрам в США, где существует достаточно большой, на мой взгляд, сегмент населения, который с подозрением относится к собственным же масс-медиа, считает их ангажированными. Поэтому наша информация не впустую, не на каменистую почву падала. Концерт Гергиева, например. Это фигура колоссальной известности на Западе. А Россия сделала много для того, чтобы узнали об этом. Но можно было, конечно, работать эффективнее. Это тоже поднимает вопрос о том, насколько удался такой проект, как "Раша тудей", насколько вообще России удается эффективно и профессионально представлять Западу свою точку зрения.

ВАЛЕРИЙ КАБОЛОВ, ПРЕДСЕДАТЕЛЬ МОСКОВСКОЙ ОБЩИНЫ ОСЕТИН.

Осетины с грузинами очень близки: и по духу, и по экономике, и в культуре, и на бытовом уровне. Есть 42 тысячи, по-моему, смешанных осетино-грузинских семей. Но пока Южная Осетия находилась в составе грузинского государства, всегда сохранялась опасность того, что осетины будут рано или поздно уничтожена как нация. Не только путем физического истребления людей, но и путем перемены языка, фамилии, национальности в паспорте. Сегодня множество носителей грузинских фамилий уже и не помнят, что они когда-то были осетинами.

Но были и этнические чистки. Ведь что такое две тысячи убитых для нашего маленького народа, как не этническая чистка? Но попытка свести всю проблему к личности грузинского президента — очень упрощенный подход. История взаимоотношений наших народов насчитывает уже трех таких Саакашвили. Первым был господин Жвания, который проводил этнические чистки в 1921 году, вторым — Звиад Гамсахурдиа — в 1989-1992 годах, а нынешний президент Грузии — уже третий в этом ряду. Причем сегодня следствие показывает, что цель военной операции была не подавление огневых точек, вооруженных формирований, а именно уничтожение осетин: женщин, детей, стариков, — по национальному признаку.

Должен сказать, что вопрос этот не закроется до тех пор, пока все виновные в этом: от Саакашвили и Дика Чейни до тех бандитов, которые непосредственно нажимали на курок, — не понесут заслуженного наказания.

И для этого есть не только современные судебные механизмы. Вы помните Виталия Калоева. Человек целый год ходил по швейцарским судам, искал справедливости. Ждал, когда признают вину, когда назовут виновных, когда их накажут. Ничего этого не случилось. И когда он понял, что справедливости ему не найти, он решил вопрос по-своему. Он вспомнил свои традиции, которые передавались на Кавказе от отца к сыну. Не только в Осетии. У него другого выхода не оставалось. Это культурный, образованный человек. С хорошим достатком. Но он был вынужден поехать в Швейцарию и убить, может быть, "стрелочника".

Сколько кровников теперь у Саакашвили? Минимум две тысячи человек. Думаю, у него нет никаких шансов избежать кровной мести. И он это знает. Пусть это знают и все остальные.

Теперь о независимости. Что интереснее и ближе народу Южной Осетии — вхождение в состав России или независимое государство? Я думаю, что народ Южной Осетии не выбирал в этом вопросе. Мы никогда не ставили задачу создавать собственное государство. Но сегодня так случилось, что Южная Осетия обрела независимость. Россия не захотела или, наверное, не смогла принять нас в состав своего государства. Видимо, те международные механизмы и правовые нормы, которые существуют сегодня, не позволили России это сделать. Нам сказали: извините, мы признаем, что вы суверенны, но не можем вас принять к себе. Поэтому, если независимость, то, я думаю, на этом и нужно остановиться. Но сегодня надо признать, что Россия спасла народ Южной Осетии от истребления. И мы, осетины, никогда этого не забудем, что бы ни случилось.

АЛЕКСАНДР БОРОДАЙ, ПОЛИТОЛОГ.

События, развернувшиеся после 8 августа демонстрируют, как неожиданно жёстко Россия отреагировала на провокацию, организованную США и господином Саакашвилли, который, не будучи вменяемым политиком, видимо, повёлся на разговоры о том, что Россия не сможет адекватно среагировать на резкие силовые шаги Грузии в отношении Южной Осетии и Абазии. Учитывая предшествующую политику России, это звучало довольно правдоподобно. Но в действительности вышло совсем иначе — авантюра провалилась. Его режим потерпел военное и политическое поражение, которое, впрочем, пока не дало своих плодов. Ибо сегодня официальная пропаганда Саакашвили празднует "победу" над Россией, чьи войска якобы были остановлены доблестной грузинской армии на подступах к Тбилиси. К тому же, обещанная и уже предоставленная американцами военная помощь способствует уверенности президента Грузии, что уже через год Цхинвал снова будет в его руках. Конечно, думая так, Саакашвили совершает большую ошибку. Уже сейчас ясно одно: ни США, ни Европа, ни блок НАТО, который является огромной бюрократической машиной, из-за грузин с Россией напрямую воевать не будут.

Второй момент. Сегодня, как никогда, ребром стал вопрос о легитимности и правомерности границ бывших советских союзных республик. Эти границы отвечали свому назначению в качестве административных границ единого унитарного государства, каковым, по сути, являлся, СССР. Однако они не выдерживают критики как границы национальных государств. На примере той же Грузии можно видеть, что районы населенные по преимуществу армянами и азербайджанцами, явно тяготеют к своим национальным государствам. И Аджария, которая традиционно тяготеет к Турции, в свое время была передана в состав России именно как отдельное государство.

Определенной исторической проблемой является вопрос: а что есть Грузия без России? Ведь Грузия присоединялась к России не как единое государство, но как конгломерат княжеств, объединенных общей верой и общей бедой. Эти княжества, зажатые между Персией и Турцией, существовали под жесточайшем прессингом мусульманских соседей. Даже высокий прирост населения не восполнял чудовищные людские потери — слишком многих убивали и слишком многих уводили в рабство. Христианским народам, населяющим эти княжества, грозило полное уничтожение. Именно в этих условиях Россия приняла под свою защиту пустеющие земли сегодняшней Грузии. Об этом надо помнить.

Третье. Как мы видим, в связи с демаршем России Запад и США находятся в состоянии некоторой растерянности. Успешные действия России в Грузии показали всему миру, что американские марионетки не могут быть тотально и качественно защищены. Естественно, США в бешенстве и, будучи мировой сверхдержавой, они подогнали туда свой флот, что является не просто демонстрацией силы, но и потенциальной угрозой для нашей страны. Однако пребывание в Черном море будет сопряжено для США с большими неудобствами. Ибо в силу международных соглашений государства, не относящиеся к черноморскому бассейну, не могут держать там свои военные корабли водоизмещением больше 30 тыс. тонн и дольше трех недель. Таким образом, будет необходима постоянная ротация этих штатовских небольших кораблей.

Сегодня очевидно, что попытка США и Великобритании организовать тотальный "накат" на Россию — провалилась. Главным образом потому, что Евросоюз не хочет терять нашу страну как экономического партнера и боится потерять её как партнера политического. Ведь, по сути, признание Россией независимости Южной Осетии и Абхазии четко очертило зону наших интересов и сигнализировало мировому сообществу о том, что блицкрига в Закавказье и на Южный Кавказ не будет. Кстати, согласно всем международным договоренностям, Россия является гарантом мира на Кавказе. Об этом помнят в Европе. Не следует забывать об этом и нам.

Евросоюз — довольно рыхлая структура. В нем нет единства по самым разным вопросам, и уж тем более — в вопросе исполнения воли американцев любой ценой. Разумеется, сейчас никто официального решения о санкциях принимать не будет. Другое дело, что негласные санкции уже начали действовать. Тот же уход западных инвесторов с российских рынков во многом спровоцирован общественным мнением Запада и антироссийскими заявлениями западных политиков. Мотивированные такими разговорами институциональные инвесторы уводят из РФ свои капиталы, несмотря на то, что здесь могли получить гораздо больше прибыли, чем на Западе.

Причем пока западные деньги от нас уходят, отечественные к нам не возвращаются, по-прежнему кредитуя американских граждан, американскую экономику, американскую финансовую систему. И в этом видна политика, увы, наших же собственных финансовых властей.

В результате вся экономика России живет на кредитных деньгах. Компании с государственным участием и без оного набрали огромное количество внешних кредитов. Корпоративный долг России составляет сегодня более 400 млрд. долл. В силу сложившейся финансовой и политической конъюнктуры финансовые структуры Запада могут отказать нашим компаниям в перекредитовании, что серьёзно ударит по внутриэкономической ситуации в России и вызовет серию экономических и финансовых кризисов. Как только эта реальность коснется широких масс активного населения, которое привыкло жить в некоторой эйфории, следует ожидать нового подъёма оппозиционной волны — особенно в крупных городах России, и прежде всего в столице, многие жители которой сейчас, мягко говоря, пересытились деньгами. А если учитывать, что благоприятная финансовая ситуация прошлых лет не была использована правительством для модернизации отечественной экономики и создания эффективной инфраструктуры, то цена победы может оказаться очень и очень высока.

Главный драматизм ситуации заключается в том, что вроде бы локальная ситуация вокруг Южной Осетии фиксирует "точку невозврата", и теперь у России есть лишь один путь, связанный с возвратом себе статуса великой мировой державы не на словах, а на деле. В противном случае нас ожидают перманентный кризис и дальнейшая деструкция.

Материал подготовил Андрей Фефелов