Александр Лысков УТОПИТЕЛЬНЫЙ СЕЗОН

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Александр Лысков УТОПИТЕЛЬНЫЙ СЕЗОН

Говорит Астафьев негромко, как бы только для себя. Даже на планерке, где решается дело его жизни. Но тишина вокруг устанавливается такая, будто скомандовано на плацу генеральским басом. Говорит подчеркнуто, можно даже сказать, изнурительно для окружающих вежливо: кругом люди, склонные к крепкому словцу, прибаутке, раскатистому смеху, а он иной раз даже и с извинительной интонацией.

За годы пребывания в среде жесткого делового общения, напряженного, даже настороженного отношения друг к другу не изменил себе, не подстроился к общему тону, а, что называется, выдержал характер.

Взгляд всегда направлен как бы внутрь, губы плотно сжаты. Одет по строгой моде в короткое черное пальто. Легок на ногу. Во всем чувствуется человек высокой науки, посланец интеллектуальных центров Москвы и Сибири - в райцентре Осташков, что в Тверской области на берегу озера Селигер.

В Осташков он был приглашен разрулить кризис с отоплением города. Стал популярным. Вот идет по городу, а сзади его женщина догоняет:

- Ну, Владимир Александрович! Ну, молодец! Как вы их всех тут растормошили!

Растормошил. Но мне кажется, еще - предложил новый стиль отношений. Своей стойкостью, поведением, поступками как бы пригласил окружающих людей попробовать жить и трудиться по-новому. Скажем так, более открыто, а может быть, даже и более честно. Хотя вряд ли он сам ставил перед собой такие революционные цели. Просто не отказался от высоких принципов жизни. В результате чего через полтора этих самых осташковских года впервые почувствовал страх перед ночным подъездом своего дома. Если в подъезде лампочка не горит, то жена вызывается идти вперед, на разведку. Ей будто бы бояться нечего.

А год назад было Астафьеву в Осташкове хорошо. С помощью новейшего контрольного оборудования он уменьшил утечки в теплосети города, который буквально замерзал каждую зиму. Приступил к организации управляющей компании из жителей, которые бы исключили приписки. Добрался и до закупок мазута в котельные. Оказалось, можно значительно, на десятки миллионов рублей, сэкономить и на этом участке. Высвобожденные деньги пустить на ремонт ржавых теплосетей. После чего хозяйство города стало бы инвестиционно привлекательным. То есть получился бы толчок в развитии старинного Осташкова, пребывающего пока в полном запустении, как и множество других подобных райцентров.

До блистательной победы Астафьеву не хватило двух месяцев. Именно столько оставалось до того дня, когда его предприятие могло бы стать законным арендатором на 49 лет. А это уже почти неуязвимость для внешнего враждебного воздействия. Но, к несчастью, его идейный, технический, экономический, интеллектуальный рейд в российскую глубинку натолкнулся на записное рейдерство местных специалистов по этой части.

Красивое слово "рейдерство" можно заменить на захват, на отторжение, на вытеснение, на отъём собственности, пускай и арендуемой.

Когда в программах теленовостей показывают сюжет о рейдерстве, я всегда недоумеваю, отчего туда не стягиваются отряды спецназа, мотопехоты и прочих боевых частей. Отчего эти микровойны считаются лишь спором хозяйственных субъектов. Как лихо уничтожают, с показом в прямом эфире, каких-нибудь сумасшедших, грабящих банк с деревянной гранатой. Как расстреливают танками джигитов в горских селах. А здесь целый завод берут штурмом, целую организацию с многотысячным штатом работников - и никакой реакции от властей.

Спор хозяйственных субъектов. Обыкновенный, мол, базар. Сами разберутся.

Я приступил к Астафьеву с настоятельной просьбой подробно рассказать о существе рейдерства на горячем примере с его "Энергосбытом".

И на первых же словах повествования поймал себя на воспоминаниях 1993 года. Четвертого октября утром вхожу в редакцию "Дня", а меня не пускают какие-то гражданские вооруженные люди с повязками. Говорят: стоп! была ваша газета, стала наша. А от Белого дома доносится стрельба. То был день большого всероссийского ельцинского рейдерства. Ощущения до сих пор свежие. Сознание бессилия, растерянности, личного оскорбления. Тогда тоже было "всё по закону". Указ был выпущен соответственный.

Да, с такого вот указа, приказа, распоряжения все начиналось и у Астафьева в Осташкове.

Безобидная с виду бумага местного начальника с вполне законной, обоснованной просьбой предоставить возможность какой-то ничтожной проверки в конторе "Энергосбыта". Ну, а дальше - как в сказке о лисице. Пустили за порожек - пустите под лавочку, потом на лавочку, далее на печку. И оттуда уже в полный голос хозяевам: выметайтесь из моего дома!

Методика "рейда" проста, как лечение больного от ангины, по словам Астафьева.

Начинается операция, как правило, в пятницу после обеда, когда коллектив расслаблен, все рвутся домой, впереди два дня выходных. Бдительность нулевая. И тут являются люди в цивильной одежде с тем самым "документом". Пустяковая проверочка. На час-полтора не больше. И дальше, как обычно: "А можно мы воспользуемся вашим кабинетиком?" Как таким пригожим откажешь?! Пожалуйста, садитесь! Чувствуйте себя как дома! Чайку не хотите ли?

А в это время на входе в контору, в кабинке вохровца, идет уже более жесткий разговор. Вохровцу предлагают сейчас же отправиться домой. Он, естественно, возражает, ссылаясь на служебный долг и подписанный контракт. Тогда его вынуждают почувствовать упертый в его бок твердый, тупой предмет. Вохровец, как правило, человек из бывших военных. Сразу понимает, что это за твердый предмет. По штату ему такой не положен. Против лома нет приема. Тем более, что ему обещают другое место работы. Он покидает пост, за что Астафьев на него "ни капельки не в обиде". Решение парень принял единственно верное.

Следующий шаг в рейде - аккуратное снятие таблички с дверей начальника и привинчивание другой - с именем нового начальника. Настанет понедельник, люди придут на работу. А их просто не пустят. Уже и вывеска на конторе другая. И вохровец. И образец пропуска. И должности их уже все заняты новыми людьми. А прежде того еще сервер бухгалтерии взломан. Хакеры помогли. Есть они в штате рейдерской бригады.

Да, рейдерство - противозаконно. 60 тысяч рублей штрафа можно за это получить, два года "химии". Но разве этим кого-нибудь напугаешь.

Можно обратиться в милицию В прокуратуру. "Заведут дело". Полгода будет тянуться следствие. В то время как захваченное предприятие можно, если как следует подготовиться, за три дня два раза продать. И второй в цепочке покупатель в этом случае будет называться на языке юристов "добросовестным". К нему уже никаких претензий предъявить нельзя. По закону!

Вот чем прекрасно рейдерство!

Видали мы по телевизору захваты водочного гиганта "Кристалл", угольных шахт, даже нефтяных компаний. Понятно, люди воюют за прибыльные, ликвидные, как говорится, предприятия. Рейды сулят быстрое и долгосрочное обогащение. Но чтобы воевать за предприятие жилищно-коммунального хозяйства?! Государство от них не знает как отделаться. Никто их не берет, не приватизирует. Все шарахаются как от прокаженного. А тут на тебе - война! Лакомый кусок сготовился в Осташкове. Спасибо кулинару. Снизил потребление мазута с 20 тысяч тонн до 12. Электроэнергии научил потреблять в 1,4 раза меньше, чем было до его прихода сюда. И даже при низком тарифе, не соответствующем инфляции, сделал предприятие рентабельными. Больше мы в ваших услугах не нуждаемся. Распускаем узлы галстуков, приступаем к поглощению. А когда кушанье кончится, система развалится, - сами состряпаем что-нибудь по своим рецептам, дававшим и раньше неплохой приварок.

А на этом пиру в качестве салфетки для вытирания жирных рук напечатаем спецвыпуск местной газеты в жанре черного пиара. По законам которого, чем нелепее обвинение, тем сильнее оно действует на публику. В самом центре страницы, в рамочке на серенькой подкладке сочиним ну, к примеру, такое: "Главным бухгалтером "Энергосбыта" является теща Астафьева".

Могли бы чего-нибудь и поинтереснее придумать.

Астафьев рассказывает с улыбкой. Во всей низости происходящего видится ему и высокое.

- Порадовало меня общее собрание коллектива "Энергосбыта". 100 процентов работников меня поддержали. Отказалось "переходить" в рейдерское предприятие. Поступая так, люди рисковали. В маленьких городках нужно вести себя осторожно. Лояльно. Иначе так зажмут, что хоть уезжай.

- Такая у вас была поддержка! Сотни человек! Почему же вы их на улицу не вывели. Почему рабочие забастовку, голодовку не организовали?

- Режимное предприятие. Нельзя.

Страхом веет теперь от прекрасного предприятия. Люди еще борются, но уже не подписывают обличительные документы своими именами. Даже депутат собрания "Осташковский район", описывая ситуацию вокруг Астафьева в послании генеральному прокурору, действует конспиративно через посредника - депутата Госдумы, который уже и пересылает генпрокурору от своего имени. "Анкетные данные по просьбе заявителя не указываются, - поясняет депутат генпрокурору, - так как заявитель, с учетом остроты поднятых вопросов, опасается за свою жизнь".

Зато все итээровцы одним махом ушли за Астафьевым. Забрали имущество с прежнего места работы, организовались внутренне, настроились на дальнейшую работу с ним.

- Внешне, мне показалось, вы даже приобрели некоторый более высокий статус, - говорю я Астафьеву. - В мой осенний приезд вы со своим штабом располагались на отшибе, за линией железной дороги, в невзрачном доме. Теперь - в самом центре Осташкова, в прекрасном здании.

- В каком-то смысле так оно и есть. Мы не считаем себя проигравшими. Внешняя респектабельность подкрепляется и состоянием дел. На днях еду в Австрию. К инвесторам. Транш предполагается, можно сказать, огромный. Получить инвестиции практически без обязательств! Вот в такой ситуации мы оказались. Деньги имеются. Мои коллеги по этому поводу вспоминают пословицу: денег, как у дурака махорки. И эти деньги, и австрийские инвестиции мы начинаем вкладывать в соседний с Осташковским район, где обстановка для бизнеса более благоприятная - в Кувшиново. Недруги, организуя рейдерский захват нашего предприятия, конечно, не рассчитывали на такую живучесть.

- Ну, и что же ощущает человек в вашем положении? Дамоклов меч над головой или чистое небо благодаря наличию "махорки в карманах?

- Небо над головой далеко не ясное. Меч где-то там за облаками сверкает.

Мы ехали на совещание главных специалистов города Кувшиново. Там я должен был оказаться свидетелем начала нового большого проекта Астафьева. Австрийского, как я назвал его для себя. Как все начинания Астафьева проект этот по природе своей не использовал так называемые "схемы", составляющие особенность современного российского бизнеса. Это когда создаются фирмы однодневки по краденым, купленым паспортам. В течение трех месяцев такие фирмы имеет право не давать отчета. Обналичивают "откаты". И исчезают. Почему так живучи эти "схемы"? Ведь про их существование знают все УБОПы страны. Ведь всем же известно, что в России теперь уже не две беды, а три : дороги, дураки, и - воруют. Неужели нет сил их прихлопнуть?

- Скорее всего, нет желания, - говорит Астафьев. - Сужу по тому, как реагировали в инстанциях на "рейд" против нашего предприятия. Начиная с генеральной прокуратуры. Все отошли в сторону. А ведь против нас действовали уголовными методами. Приходится тоже "изобретать". Подал на банкротство предприятия. Такой мой ответный ход. Это значит, что в течение года я, не платя им долги, могу сам с них взыскивать по закону. И таким образом обанкротить их уже по существу. В ответ на меня подали в суд во все правовые структуры. Но ни одна проверка не принесла результата. Мы оказались абсолютно чистые.

Едем на праворульной Хонде. Астафьев сидит впереди и во время обгонов жутковато смотреть на него. Именно он, не имеющий под рукой руля, под ногой - тормоза, подвергается во время этих маневров самой большой опасности. Его прямо так и выносит под лобовой удар. Но он абсолютно доверяет водителю. Чувствует себя уютно. По крайней мере производит такое впечатление.

За окном бурые проталины, в кюветах еще снег. Но солнце сквозь весенний туман уже пригревает. Ехать километров сорок. И мы говорим о будущем.

- Австрийские инвестиции можно назвать шикарными, - поясняет Астафьев. - Срок - до 25 лет. И с очень низким процентом. В Австрии само государство выстраивает великолепную систему инвестирования. Всё оформляется за очень короткий срок - максимум месяц. Там создан Контрольный банк - по сути, это страховая компания, которая обеспечивает риски государственного Австрийского банка. Госбанк выставляет единственное жесткое требования: чтобы в проекте использовалось обязательно австрийское оборудование. Таким образом, они как бы финансируют развитие своей промышленности на льготных условиях. Вообще, вся Австрия живет благодаря тому, что развивает свою промышленность за счет гарантированных поставок. Можно сказать, финансирует оборудованием. Например, если мы ставим в Кувшиново их котельную, если более тридцати процентов капитала в проекте австрийского, то условия очень льготные. Наша система инвестирования в сравнении с австрийской - в зачаточном состоянии.

- То есть вы хотите привезти в Кувшиново суперсовременную котельную.

- Покруче будет. Мы же связаны с МВТУ имени Баумана. Проект разрабатывали именно с ними. Да, импортное оборудование на порядок дороже, чем наше, отечественное. Но оно производит электроэнергию. Понимаете? Сегодня в России стоимость энергии 3,3 единицы. А в нашей котельной себестоимость окажется от 60 копеек до рубля. Тепло в России стоит 800 единиц. А выработанное на австрийском оборудовании - 300. Всё за счет новейших технологий. Техника дорогая, но окупится в три-четыре года.

- Я слышал., что в Кувшиново вы будете в качестве топлива использовать торф.

- Там его немеряно. - Далее Астафьев нажимает на слово "очень". - Будем перерабатывать его в очень дешевый газ, из которого получать очень дешевую электроэнергию. Район с очень дешевой электроэнергией становится очень привлекательным для развития любой промышленности. Для начала можно довольно в короткие сроки построить теплицы. Квшиново ведь - между Петербургом и Москвой. Сбыт обеспечен. Уже сейчас в Кувшиново начинает строиться предприятие по вытяжке проволоки. Там есть трикотажная фабрика, картонная фабрика - энергоемкие производства, которым тоже выгодно будет покупать нашу дешевую энергию. У них за счет этого откроются внутренние резервы. Я уже не говорю о жилищно-коммунальном хозяйстве. За счет экономии тепла мы обновим там все сгнившие теплосети.

- Сказка.

- Нет, это мозги. Мозги МВТУ имени Баумана и умение организовать инвестиции. На днях лечу в Вену. Моя задача подписать все необходимые документы для начала процесса.

- То есть, австрийцы считают, что им можно иметь дела в каком-то Богом забытом русском Кувшиново. Где жизнь едва дышит на ладан. Они вообще, хотя бы приезжали сюда? Видели состояние города, людей. Откуда у них такая горячая любовь к кувшиновским обывателям?

- Они не были в Кувшиново. Но они абсолютно твердо знают, что здесь огромные залежи дешевого торфа. А значит, дешевого газа. Для них это лучшая характеристика.

- Торф как топливо в нашем сознании стоит на самых дальних позициях. Торф - это пройденный этап энергетики. И вроде бы нет смысла в нем ковыряться.

- Запасы торфа огромны. К тому же они бесконечно возобновляются. Торф растет слоем по 5 сантиметров в год!

- Хорошо, но все разработки торфа у нас в последнее время оказались если не заброшены, то свернуты. Почему?

- Потому что природного газа у нас было полно. И стоил он до прошлого года копейки. Сейчас цена подскакивает. Отсюда - внимание к торфу.

- Помнится, в пятидесятых годах были газогенераторные автомобили, тракторы. Особенно на лесозаготовках. Там березовые чурочки кидали в такой плотно закрытый котелок. Газ поступал в двигатель. Машина ехала. А у вас двигатель будет вращать не колеса а электрогенератор, с клемм которого снимается дешевый ток. Так я понимаю?

- …В результате чего этот, как вы говорите, Богом забытый район станет очень привлекательным для любых инвесторов. Сегодняшнее совещание может оказаться точкой отсчета его второй жизни. А какие изумительные удобрения получаются после сжигания торфа!..

На совещании в кабинете главы Кувшиново инженеры, под чьим управлением находились все трубы и провода, кабели и трансформаторы, вода и пар - весь сложный организм города, вписывали в опросный лист Астафьева и его команды множество разных физических показателей. А я думал, что эта математическая абстракция - самый главный строительный материал инвестора, имеющего не только профессиональную, но и природную склонность к расчетам и вычислениям. В скором времени все это преобразуется в никель и хром новейшего оборудования, в пластик и сталь трубопроводов, в электронные приборы и компьютерные программы - станет сердцем города, начнет вырабатывать свежую кровь русской провинции.

Напоследок Астафьев заглянул в старую кувшиновскую котельную. Оглядывал проёмы, прикидывал место установки современных котлов, которые котлами назвать язык не поворачивается. Агрегаты. Комплексы.

На одном из электромоторов я увидел плашку с выбитым годом изготовления. И не сразу поверил, что это запечатлен именно год изготовления, а не какой-нибудь технический параметр.

Выбито было - 1935.

Куплен в Германии, в лихую годину.

А всё крутится.