АГЕНТСТВО “ДНЯ” ЭХО РАССТРЕЛА

АГЕНТСТВО “ДНЯ”

ЭХО РАССТРЕЛА

Ельцин еще крепок и силен, но в нем обнаружились признаки обыкновенной человеческой усталости, которая для него пострашнее всякой сердечной недостаточности. Подорван дух бойца. Он - пал духом.

Могучий организм еще поносит его по свету, в то время как все его сверстники, не менее здоровые, так же пившие и колобродившие в жизни, но бывшие работягами, крестьянами - давно на погостах. Он "рвал жилы" только на теннисном корте. Но и такой, спортивный - сдал.

Напоследок он надсадил душу любовью к молодым реформаторам.

Ему и вправду нравились эти мозговитые парни - духовные дети, как он полагал, - Немцов, Кириенко. Даже Федоров, и тоже годящийся ему в сыновья Чубайс. Он видел в них себя, пережившего свою естественную смерть. Видел в них себя, но - образованного, культурного, блестящего, а не мужлана. Он сам себе воздвигнул памятник из них. Наконец, даже решился доставить себе прижизненное радостное зрелище триумфа молодых преемников, выращенных в "гнезде Бориса". Отдал им Россию - володейте.

Любовь к ним была последней его страстью, последним проявлением его потенции. С каким отцовским трепетом сажал он в кресло премьера Кириенку! И как хорошо, весело, тепло ему жилось в это лето - он словно бы на пенсию ушел, по крайней мере, прикидывал на себя это блаженное состояние человека, добравшегося в жизни до предельных высот, до полного житейского благополучия и наконец сбросившего с себя бремя всяческих забот. "Умная, талантливая" молодежь вилась вокруг него и творила, что он хотел. "Продолжала его дело!" Такие послушные, статные приезжали в его резиденцию эти духовные сыновья. Они только-только вошли в силу, но, кажется, уже успели понять главное: с Россией можно делать все, что хочешь. В молодой своей наглости, почерпнутой от патрона, они и на Запад замахнулись. К тайному восторгу папы рискнули распространить стиль его "руководства" за пределы России. Коли месяцами перебиваются без зарплаты подданные в пределах границ, то и закордонные "друзья" потерпят неплатежи три месяца. Все-таки не на чем-нибудь, а на крови замешена дружба. Недаром же забугорные единомышленники поддержали расстрел "Белого дома". Таким образом они тоже стали как бы ельциноидами. И своих подданных - налогоплательщиков - могли бы тоже приструнить. "Вон, - сказать бы, - в России наши демократические собратья голодают. А вы не можете хотя бы немножко пояса затянуть"…

Не нашлось во всем Западе одного-единственного Чубайса!

Приватизация инвестиций захлебнулась на первом же этапе. Дети Ельцина обо…лись, вместо лучезарной старости погрузив папашу в уныние доживания.

Призыв "старика" Примакова означает глубочайшее отчаяние отца русской демократии.

Он устал.

Конечно, нельзя забывать, что раненый зверь - самый опасный, никогда не просит прощения - хотя бы даже одним своим животным взглядом. Каждую минуту надо ждать последнего, смертельного броска. Можно уповать на усыпляющее действие нового правительства, тем более, что первая порция обезболивающего уже впрыснута - объявлено, что хамоватые "дети", стремясь быть круче самого папы, попросту обманули его. А он-то думал, что только "Танька воду мутит"…

Устал. Кончается.

Александр ЛЫСКОВ