Соколиный глаз

Соколиный глаз

Портфель "ЛГ"

Соколиный глаз

СОВРЕМЕННАЯ ПРОЗА СО ЛЬВОМ ПИРОГОВЫМ

Ты видишь людей тем лучше, чем хуже люди видят тебя.

Чтобы соответствовать этому правилу, приходится много тренироваться. Сила зрения – в обмен на красочность оперения.

Шпионы жертвуют выразительной запоминающейся внешностью, чтоб ловчее просочиться на секретный объект, руководители государства подвязывают щёку и тайком крадутся по улице, чтобы узнать, как на самом деле живёт народ. «Куда прёшь, харя?!» – гудит народ и отворачивает лицо на рекламу бюстгальтеров.

Что объединяет этих таких разных людей?

Все они чем-то интересуются, что-то важное выпытывают у жизни.

А чем лучше ты знаешь жизнь, тем хуже она знает тебя.

Знаменитый шпион – это либо провалившийся неудачник, либо дутая фигура, либо предатель. Народ, про который всё известно его правителю, не может чувствовать себя в безопасности.

Что может знать о нашей жизни писатель, щурящийся в лучах телевизионных софитов? Ему даже лиц наших не видно.

Поэтому в книжных магазинах нет смысла задерживаться у таблички «лидер продаж». Интересную книгу нельзя купить в магазине. То есть можно, конечно, но это будет что-то вроде знакомства через службу знакомств. Нажми на кнопку, получи результат.

Нет, хорошую книгу интересно добыть самому. А ещё лучше, чтобы она тебя добыла. Вот, скажем, в подъездах книги выкидывают. Евроремонт, мебель новая, ну и выложили у лифта. О, там бывают такие книги… «Психология ножевого боя», чем плохо?

Или вот однажды в парке, вдали от проезжих колясочных и трёхколёсно-велосипедных троп, – лежит на травке книжка Дарьи Донцовой. Названия точно не помню, что-то вроде «Абулия для парфюмера». Это до сих пор единственное произведение плодовитой писательницы, которое я прочёл.

Случается, интересные книги подстерегают прямо на улице, под дождём, в центре обширной лужи. (До сих пор не знаю, чем объяснить, что в центре многомиллионного города на асфальте лежит олдскульный, советского пошива «Сборник зарубежной фантастики» – и никто не падает на него животом.)

Я упал, конечно. Зарубежную фантастику страсть уважаю. Особенно американского деревенщика Клиффорда Саймака, этакого иллюстратора картин Эндрю Уайета. Вот послушайте:

«Инек сидел на ступенях крыльца. Вечерело. Над далёкими холмами в штате Айова, за рекой, собирались грозовые тучи. День был жаркий, душный, ни дуновения ветерка. У сарая вяло ковырялись в земле несколько кур – скорее, наверное, по привычке, чем в надежде найти что-нибудь съедобное».

Это, кроме шуток, мой любимый абзац в мировой литературе. Ну, они у разных людей разными могут быть в силу разных причин, так вот у меня – этот.

Ну, правда, в том сборнике Саймака не было. Там был Джон Уиндем. Рассказ «Колесо»:

«Старик уселся на табурете поудобнее и прислонился спиной к побеленной стене. Двор был пуст – лишь куры рылись в пыли, скорее из любопытства, чем в расчёте найти зерно, но привычные звуки говорили о присутствии и других обитателей фермы, которые в отличие от старика послеобеденным отдыхом не пользовались».

Согласитесь, тоже неплохо.

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345

Комментарии: